Лето дурных воспоминаний
рейтинг: 4.0
1/100%

…Оглядываясь назад, всё должно было быть очевидно. Все знаки были налицо. К несчастью, взгляд назад — не то же самое, что взгляд вперёд… Мне лишь жаль, что расплачиваться пришлось не мне, в то лето дурных воспоминаний…

— Отрывок из личного дневника Руслава Дягилева, 2018 г.

Руслав Дягилев бежал через людный рынок в извилистых улочках Алагадды, Адебайо не отставал ни на шаг. Оба старейшины-алхимика держали жезлы наизготовку, отражая заряды — то гравия, то молний, — летевшие в них от двух фигур впереди. Торговцы и горожане шарахались в стороны, пока те крушили переполненные прилавки, а алхимики осыпали друг друга ударами стихий.

— Боже мой, Адебайо, можешь их притормозить? Я не могу снять встречные потоки! — выкрикнул Руслав. Потоки эфира вокруг его ног высекали искры из каменной мостовой, усиливая каждое движение. С каждым шагом земля словно отталкивала его в ответ, подбрасывая вперёд в его неизменных фиолетовых ботинках. В этом плане Великая Печать действовала куда слабее, чем в их родном мире. Эфир обтекал их и пронизывал, точно вода.

На тёмном лице Адебайо сверкнули зубы:
— Хорошо, Виноградная Ножка! Я мигом!
Адебайо издал боевой клич, взывая к анимистическим эфирам жизни и крови. Мощным прыжком старейшина взмыл в воздух — за плечами развернулись призрачные ястребиные крылья.

Руслав невольно залюбовался другом — теперь, когда Печать родного мира их больше не сковывала, тот пустил в ход всю свою мощь. Сам Руслав так и не освоил эфиры жизни, но Адебайо управлялся с ними играючи. Он перевёл взгляд на беглецов — его друг уже парил над ними, обрушивая вниз потоки воды, и под ногами у тех она застывала льдом.

Двое алагаддцев по очереди оборачивались на бегу, швыряя в Адебайо заряды, струи и глыбы всевозможных стихий — одни пытались сбить его с неба, другие нарушить искусное плетение за его спиной. Плащи беглецов откинулись, и стало видно: у одного вместо головы — шар, покрытый чешуёй, у другого — подобие человеческого лица, собранное из перемещающихся ошмётков плоти.

Он уклонялся то влево, то вправо, легко уходя от их встречных потоков — он и не пытался их отражать. Адебайо рассмеялся с едва скрываемым презрением: беглецы снова и снова швыряли в него вялые заряды, то и дело спотыкаясь о каждый прилавок и лоток.

Адебайо издал громовой клич и рухнул на землю в нескольких футах перед двумя беглецами. Те попятились, пытаясь уйти от гнева старейшины-алхимика.
— Благословением ВОДЫ! — прогремел он, собирая вокруг себя настоящий тайфун водного эфира. Тяжёлые завихрения окружили лысого алхимика. Ледяные шары, клочья тумана и крохотные водяные смерчи закружили по улице, преграждая путь. Повозки и лотки разлетались под натиском призванного воздуха и льда.
— Не советую вам пытаться пройти мимо меня. Результат вам не понравится.

Далеко позади молодой человек изо всех сил пытался не отстать. Дыхание сбилось — Артуро захлестнули виды, звуки, запахи и потоки этого места. Он не мог поверить, сколько эфира кружило вокруг. Ему с трудом удавалось удерживать взгляд на развевающихся зелёных одеждах впереди. Директор летел вперёд с огромной скоростью — подстёгиваемый потоками эфира у самых ног. Артуро Дженуомо заметил вспышку синего и зелёного и ощутил отчётливый треск алхимии Адебайо — та проявилась, как показалось Артуро, ослепительным сиянием эфира Аквиуса.

Двое алагаддцев, надо отдать им должное, застыли на месте. Они бросили наземь извилистые жезлы, что были в ходу у их хозяев, и вскинули узловатые руки в знак капитуляции.
— Старейшина, прошу, не причиняй нам вреда. Мы сдаёмся, — произнёс алхимик с чешуйчатым шаром вместо головы.

Руслав нагнал их, тяжело дыша; второй алагаддец — тот, что из плоти, — бормотал слова капитуляции.
— Спасибо, Адебайо. Впечатляющий поток.

Вокруг них бесчисленные фигуры горожан Алагадды с криками разбегались в панике. Алхимия такого уровня являла себя здесь редко, но каждый раз это означало неприятности. В углу старик, словно скрученный из узловатого тряпья, пробормотал:
— Трижды проклятые алхимики, вечно портят базарный день...
Он подобрал рассыпавшиеся в суматохе сверкающие подвески и заковылял прочь, не переставая ругаться.

Адебайо улыбнулся и позволил водам отступить; немного влаги обтекло его ладони и затвердело ледяными кандалами на запястьях алагаддцев — по паре на каждого.
— Пустяки, Виноградная Ножка. Мне редко выпадает случай показать себя в полную силу. Давно я так не веселился.

Мгновение спустя подоспел Артуро — он задыхался и согнулся пополам.
— Sangre de Cristo...1 Я… я здесь. Простите, старейшины.
Четверо алхимиков уставились на взмокшего юношу; двое алагаддцев виновато ухмылялись.

— Ученик? — спросил тот, что из плоти.

Рука Руслава метнулась вперёд, окутанная потрескивающим электричеством, и вырубила склизкого алагаддца.
— Да, и ещё — надо было сказать раньше. Не разговаривать, или вырублю током.
Руслав глянул на дёргающееся тело молодого алхимика.
— Прошу прощения, что не предупредил сразу.

Адебайо ухмыльнулся и двинулся к Артуро.
— Почему бы тебе и директору не отвести наших гостей в зону — для содержания и допроса. А мне нужно уладить тут кое-какие дела, прежде чем возвращаться.

Артуро попытался ответить, всё ещё хватая ртом воздух, но лишь поднял большой палец и кивнул. Он посмотрел на директора с немым вопросом.

Пожилой алхимик усмехнулся:
— Да, пойдём обратно. Придётся научить тебя не отставать от нас, стариков.
Одной рукой он ухватил Артуро за плечо, а другой сграбастал обоих алагаддцев за шиворот — ткань натянулась под тяжёлыми костяшками.
— Идёмте, господа. Я знаю одного юного исследователя, которому будет очень интересно с вами познакомиться…

Адебайо смотрел, как старейшина и ученик направились к ближайшей арке — Руслав кивком подбородка отворил портал обратно в Зону. Директор и юный алхимик шагнули в рваный проём, и он закрылся за ними.

Адебайо похлопал по карманам, проверяя, на месте ли самоцветы, которые понадобятся ему для покупок. Он уже развернулся к проулку, ведущему к любимой местной забегаловке, как вдруг кто-то тронул его за плечо.

Адебайо в недоумении обернулся и увидел прямо перед собой знакомое уродливое, изрытое шрамами лицо.
— Леденофф?.. — только и успел вымолвить он, прежде чем тьма поглотила его, и больше он ничего не помнил…


…«Сосуд» суть всякая вещь, способная удерживать в устойчивости эфирный отпечаток, налагаемый алхимиком. Будь то защитное плетение, долговременный поток али же воспоминания. Иные мужи учёные полагают, что при достаточной мощи и прилежании в подобающий предмет можно перенести самую личность. Увы, предмет сей надлежит быть много сложнее всего, что доселе создано родом человеческим. Теоретическое же применение таквина являет собою особливо изящный образец воплощения сосуда. По сей день ни единому алхимику не удалось успешно сотворить таквин, но однажды…

— Отрывок из трактата о применении алхимии, стар. Тригсмест, 1147 г.

Шестнадцать часов спустя

Руслав поморщился, разглядывая отчёт по объекту.
— Вы уверены? Его держат здесь?
Он уронил лист на стол. Вокруг широкого стола собрались трое старших офицеров его собственной МОГ — «Хранители Клятвы».

— Уверены, директор. Всё, что мы вытянули из пленных, указывает на одну лабораторию — там держат старейшину Адебайо. — Агент Дюмурн буравил директора взглядом. — Вы точно хотите это сделать? Штурм пустого офиса уже стоил мне одного агента — она выбыла из строя. Врачи до сих пор не знают, когда она очнётся. В этот раз нам может повезти меньше. По данным разведки, лабораторию охраняют серьёзно.

Руслав жестом велел замолчать.
— Это неважно. Что за силы нам противостоят?

Агент Дюмурн открыл ноутбук и подключил его к дисплею, встроенному в стол. На экране посреди стола появилась карта объекта.
— На его месте я бы усилил охрану вот здесь, на перекрёстках. Саммерс не дурак, и мы точно не знаем, на что он способен. Д-Г аппарат уже показывает 7.2 по базовой эфирной шкале — и это только первые замеры. А это уже, считай, орёт — согласитесь?

— Это не имеет значения. Затребуйте тяжёлое вооружение и броню. Встретимся в десантном отсеке через сорок минут. Используйте мои полномочия, чтобы получить всё, что сочтёте нужным, — сотрём это место в порошок, — ответил Руслав отсутствующим взглядом.

Агент Дюмурн помедлил мгновение, затем кивнул:
— Гатри, ты со мной. Передайте агентам — сегодня директор угощает. Выдвигаемся.
Командный состав «Хранителей Клятвы» покинул помещение. Руслав какое-то время молча двигал челюстью, затем выдернул смарт-планшет из док-станции.

— Я обрушу на них гнев самой Луны, если он причинил тебе вред. Клянусь огнём и яростью.
Директор стремительно вышел; между лопаток у него завязался тугой узел напряжения. Дверь с шипением закрылась за ним, оставив помещение в недрах Зоны 17 привычно гудеть установками и вентиляцией.

Шесть минут прошли в относительной тишине.

Тихий переливчатый звук раздался в том самом месте, где только что стоял Руслав. Мерцающий синий портал подмигнул, раскрываясь, и изрыгнул из себя грузного, но привлекательного мужчину лет сорока.

Майк Саммерс был в брюках хаки, тяжёлом армейском бронежилете и тактическом шлеме. В руках он сжимал компактный боевой дробовик, а его ярко-розовое поло кричащим пятном выделялось на тускло-серой боевой броне. Он обернулся к порталу, махнул рукой — и ещё двенадцать фигур шагнули вслед за ним в замкнутое пространство оперативного зала.

Они двигались с неестественной слаженностью, не произнося ни слова. Каждый был вооружён своим типом оружия. Ни единой нашивки с именем на боевой экипировке.

Четверо из штурмового отряда направились к двери, нацелив на неё оружие; двое передних опустились на колено. Майк Саммерс быстро осмотрел помещение и снова потянулся к порталу.

Из светящегося проёма показался тяжёлый жезл из кварца и чернового чугуна — его сжимала худая, покрытая старческими пятнами рука. Карл Леденофф шагнул в оперативный зал, оглядывая помещение здоровым глазом; левая половина лица, вся в уродливых шрамах, оставалась неподвижной маской. Он поднял витой жезл и сосредоточился — воздух вокруг него потемнел.

— Оно здесь. Определённо здесь. На несколько саженей вниз, не меньше. Хорошо хоть этот трижды проклятый Дягилев свалил.
Карл, тяжело ступая, обошёл помещение, разглядывая оборудование критическим взглядом.
— Бесполезный хлам.
Он рассёк рукой воздух, подчиняя эфир Фульминуса — снопы искр разнесли чувствительную электронику.

— Вы уверены, что не хотите броню, мистер Леденофф? — весело предложил Майк, держа компактный дробовик нацеленным на дверь. — Не хотелось бы, чтобы вас задела шальная пуля.

Карл пренебрежительно отодвинул Саммерса от двери.
— Нет. И впредь не делай столь глупых предложений. Какие-то пули мне не страшны. Выдвигаемся — его ручной «Фонд» скоро засечёт наше присутствие.

Штурмовой отряд осторожно приоткрыл дверь; ведущий боец выглянул в коридор — чисто в обе стороны. Он подал знак выдвигаться, и группа потянулась наружу: шестеро впереди, шестеро позади, между ними — один в поло, другой в балахоне.

Один из отряда заметил указатель лестницы на Т-образном перекрёстке. Головной махнул своим — вперёд — и первым завернул за угол. Там он нос к носу столкнулся с исследователем. Тот держал в руках папку. Поднял взгляд поверх очков — глаза рассеянные, остекленевшие. Увидел чужого в серой униформе, ствол с глушителем, нацеленный прямо на него, и замер.
— Вы не должны здесь находиться, — выдавил он.

Не раздумывая, он выпустил в исследователя с полдюжины пуль, превратив грудь в кровавое месиво. Тот рухнул на пол уже мёртвым; пластиковая ручка, которую он жевал, упала мгновением позже.

Майк бесшумно вышел из группы, оглядываясь.
— Это привлечёт их внимание, надо уходить.
Он указал на дверь к лестнице.

Карл вышел из группы и встал над трупом только что убитого юного исследователя. Он пробормотал что-то себе под нос на Третьем языке — бетон пола на миг разверзся и поглотил кровь и тело. Майк пинком отправил следом гильзы, и Карл закрыл проём.

— Уходим. Никаких следов — они не узнают, кто здесь был, — бросил он, ковыляя к лестничной двери, и толкнул её жезлом. — Живее, время не ждёт!

Дюжина наёмников скользнула в лестничный проём; Майк и Карл снова заняли место в середине.

Группа спускалась уровень за уровнем, и на каждом Карл прислушивался к ощущению цели. Четырьмя этажами ниже он хмыкнул и произнёс:
— Здесь. Оно здесь.

В тусклом свете лестничной клетки блеснули визоры шлемов. Наёмники обошлись недёшево, но в таком деле хорошая помощь бесценна.
— Пошли.

Головной наёмник кивнул и открыл дверь. Шагнул в коридор, повёл стволом справа налево. Сделал два шага — и его резко дёрнуло вправо; шлем превратился в месиво из металла и осколков черепа. Кровь наёмника тускло зеленела в свете ламп.

Майк затолкал Карла в угол лестничной клетки, подальше от двери.
— Господи, назад!
Крики донеслись из коридора и откуда-то сверху.
— Чёрт, похоже, нас отрезали. Идеи, Карл?

Леденофф едва отреагировал на происходящее — его взгляд блуждал где-то в стороне.
— Да, Саммерс. Во-первых, заткнись и не выдавай нашу позицию. Пусть наёмники делают свою работу, идиот. Наша цель в пятнадцати метрах по коридору, за тем, что только что убило нашего приятеля. Мы без неё не уйдём.

Майк поморщился и поднял взгляд, прикидывая, как близко силы противника.
— А вытащить нас отсюда — сможешь? Когда оно будет у нас?

Карл наотмашь ударил Майка по челюсти. На коже остались мелкие ссадины от ледяных кристаллов — он вытянул их прямо из водяного пара вокруг.
— Разумеется, смогу. Что за идиотские вопросы?! Просто делай, что велено!

Майк подвигал челюстью и опустил взгляд.
— Так точно. Ладно, вы пятеро — в коридор, выясните, что это было.

Пятеро кивнули как один и пригнулись. Ведущий показал три пальца — раз, два, три — и выкатился в коридор. Следом, пригнувшись, двинулись ещё двое; один залёг. Двое оставшихся высунулись над ним, оглядывая коридор.

Двое агентов Фонда держали контрольный пост за тяжёлой бронированной дверью. Они вскинули крупнокалиберные винтовки и открыли огонь. Град пуль обрушился на наёмников: ведущему задело плечо, и он рухнул; ещё один получил пулю в живот, но почти не дёрнулся — из раны засочилась тёмно-зелёная слизь.

Остальные четверо выстрелили как один, изрешетив пост охраны. Оба агента рухнули — каждому досталось по полдюжины пуль.

Позади Карл глянул на лестницу и рванул рукой — будто что-то выхватывая. Призвал эфир Терронуса: стены застонали, сошлись, камень и бетон смешались в сплошную массу. Путь подкреплению сверху он отрезал — во всяком случае, на этой лестнице.

Из коридора донёсся голос — нечеловеческий, скрежещущий — из шлема нового ведущего:
— Чисто.

Карл и Майк вышли в коридор и бесшумно двинулись к тяжёлой бронированной двери.
— Вот оно, — произнёс Карл.

Надпись над дверью гласила: «Хранилище особого режима». Карл окинул дверь оценивающим взглядом и бросил через плечо:
— Взрывчатку.

Один из наёмников шагнул вперёд и протянул Карлу моток детшнура. Карл содрал плёнку с клейкой стороны и облепил шнуром дверные петли.

С другого конца коридора раздался топот — звук эхом разлетелся по стенам. Майк обернулся к оставшимся наёмникам:
— Придержите их. Мы внутрь.

Те кивнули как один и рассредоточились: заняли позиции на лестнице и за ближайшим углом.

Карл оттолкнул Майка на пару шагов, вскинул руку — камень из пола и стен поплыл, нагромождая между ними и дверью грубое укрытие. Он нажал кнопку взрывателя — гулкий грохот сотряс коридор.

Камни перед ними раскрошило взрывом, но ни один осколок не ушёл в их сторону. Карл проковылял через завал и остановился напротив двери.

Майк выглянул в коридор и поморщился. Ещё двоих наёмников разворотило взрывом, остальные уже отбивались от охраны Фонда. Карл даже не глянул в их сторону и двинулся к двери:
— Идём, Саммерс, у нас нет...

Майк наконец отвёл взгляд от изуродованных тел:
— Они долго не продержатся, надо спеши—

Карл круто развернулся к Майку и с размаху вогнал жезл ему в колено. Раздался тошнотворный хруст. Майк взвыл и повалился на пол, схватившись за размозжённое колено.

Карл навис над скрюченным телом и прорычал:
— НЕ СМЕЙ МЕНЯ ПЕРЕБИВАТЬ. НЕ СМЕЙ УКАЗЫВАТЬ. БОЙСЯ ХОЗЯИНА СВОЕГО.
Он несколько мгновений хватал ртом воздух. Пули свистели всё ближе — отряд наёмников таял на глазах.
— Внутрь, безмозглый болван. Не зайдёшь — в этот раз исцелять не стану.

Майк на трёх конечностях втащил себя в хранилище, в тысячный раз жалея, что вообще встретил Карла Леденоффа. Безумный алхимик калечил его чаще и страшнее, чем он мог себе представить.
— Д-да, сэр... простите, сэр...

Карл, не глядя, махнул рукой в сторону скорченного тела — призвал эфир Аквиуса — и вошёл в хранилище. Поток воды обрушился на разбитое колено Майка, больно стягивая плоть. Майк, шатаясь, встал. Бой за спиной разгорался. Он уже открыл рот — снова поторопить Карла, — но вовремя прикусил язык.

Помещение было заставлено бесчисленными ячейками для хранения. На каждой — аккуратная бирка с описанием и учётным кодом. Одни не крупнее хлебницы, другие уходили под самый потолок.

Карл прошёл два ряда, пока не замер у крупной ячейки с номером «2522». Он ухмыльнулся — щербатые зубы блеснули в полутьме, — и накрыл ладонью кодовый замок, взывая к эфиру Фульминуса. Замок зашипел, дымясь, и с тихим щелчком дверца отворилась.

Майк Саммерс проковылял к Карлу, всё ещё нетвёрдо ступая на спешно залеченную ногу.
— Что это?

Карл Леденофф протянул руку и прижал ладонь к корпусу объекта, мягко наполняя его энергией эфира Фульминуса — ровно столько, чтобы включить. Светодиоды на груди и панели состояния замерцали; генератор антигравитации снизу отозвался низким гулом.
— Сосуд, Саммерс. Ради этого работала вся сеть узлов Quaesturas. Идеальный сосуд.

Одна из рук машины потянулась вниз, подобрала с пола брошенную шляпу и водрузила её себе на «голову». Из динамика вырвался шипящий звук — он дрожал, настраиваясь, а затем сложился в узнаваемую английскую речь:
— Нахрен деревья. Я лазаю по облакам, ублюдки.

Карл обернулся — ухмылка его растянулась в оскал чистого торжества. Взмах руки — и раскрылся портал в неизвестный план. Карл, тяжело ступая, шагнул в него; следом скользнул парящий корпус бывшего SCP-2522.

Майк Саммерс помедлил — снаружи стихли выстрелы. Он ещё мгновение взвешивал варианты, а затем нырнул в портал. Тот мигнул и исчез, оставив хранилище особого режима в тишине.

Агенты Сэм Дентон и Джим Макдауэлл ворвались в хранилище особого режима через несколько мгновений после того, как Карл и Майк растворились в воздухе. Они обшаривали проход за проходом, оружие на взводе.

Агент Дентон дошёл до разбитой ячейки и крикнул:
— Чисто! Тут кое-что есть!

Джим подошёл к напарнику и прикрыл дверцу, взглянув на маркировку.
— 2522. Это который?

Сэм побледнел, выхватил телефон и набрал оператора Фонда.
— Срочно соедините с доктором Манном.


…Мы — распорядители великой силы. С ней приходит и величайшая из обязанностей: контроль и дисциплина. К несчастью, всегда найдутся те, кто злоупотребит властью — политической, личной или даже алхимической. Нам же остаётся лишь противостоять тем, кто использует эти дары во зло…

— Отрывок из «Размышлений» (без сокращений), Марк Аврелий
Копия, хранившаяся в прежней библиотеке Коллегии Алхимиков до редактуры для всеобщего распространения

Где-то в другом месте

Директор Дягилев взмахнул жезлом — гремучая смесь земли, огня и льда вырвала дверь хранилища из петель изнутри. Многотонная створка пролетела мимо него и над головой агента Дюмурна. Директор шагнул через проём; из рассечения над правой бровью стекала кровь. Он обвёл помещение взглядом, выискивая угрозу.

Следом, прихрамывая, шёл агент Дюмурн — бедро перетянуто широкой изолентой, самодельная повязка поверх раны.
— Сэр, притормозите! Мы бросили всю группу, я не могу гарантировать вашу безопасность!

Руслав рассёк воздух — жест отозвался глухим раскатом грома.
— Безопасность не важна. Я могу постоять за себя. Мы должны его найти.
Он шёл через просторную лабораторию, чувствуя, как слабеют эфирные потоки друга. Шагал целеустремлённо, мимо рядов лабораторного оборудования — сверкающей стали и матового пластика. Десятки компьютерных стоек, ряды колб, твари в клетках — всё это загромождало полки и столы на нижнем уровне лаборатории.

Лаборатория была огромна — несколько ярусов с решётчатыми мостками и опорные балки, на которых крепилось тяжёлое оборудование, нависали прямо над ними.

Он резко поднял голову и увидел на верхнем мостке тёмную фигуру, опутанную трубками и аппаратурой. Вокруг неё суетились фигуры поменьше, подкручивая датчики и рукояти на панелях установки.

Руслав сделал призывающий жест и обратился к эфиру земли и молнии — перед ним возникло магнитное поле. Затем он призвал эфир железа: опорные балки установки лопнули, и магнитное поле плавно опустило аппарат на пол.

Трое, работавших на мостке, сорвались вниз. Руслав повёл рукой — теперь он взывал к эфиру Тенебры. Тяжесть вокруг падающих возросла стократно, их впечатало в пол, словно на Юпитере. Зрелище вышло неприглядное.

Агент Дюмурн застыл, глядя на побоище, устроенное директором; к горлу подкатила тошнота. Он трусцой догнал старейшину, стараясь держать оружие наизготовку.

Внутри установки, пристёгнутый к грубо сколоченному столу, стоял Адебайо — вертикально, во весь рост. К телу тянулись провода, из груди торчало несколько трубок. Яркие жидкости вливались внутрь, а сам он иссох до костей. С растрескавшихся губ сорвался глухой стон — Руслав рванулся к капсуле.

— Адебайо, друг. Прошу, очнись.
Взгляд Руслава затуманился. Он призвал воду на ладонь, взывая к эфиру Аквиуса. Влил в неё всю энергию, какую смог, понуждая исцелить друга.

Адебайо глотнул влаги и чуть улыбнулся — по трещинам в коже засочилась свежая кровь.
— Виноградная Ножка… Ты здесь…

Руслав кивнул, слегка задыхаясь.
— Я здесь, я с тобой. Сейчас подлатаю, потерпи.
Он стал собирать вокруг друга эфир Аквиуса, взывая к целительной силе воды. Затем добавил в поток эфир Терронуса, выплёскивая ещё больше энергии.

Адебайо слабо качнул головой:
— Виноградная Ножка… нет.
Он как мог указал на трубки, уходящие меж рёбер.
— Они часами гнали в меня кровь алкири…

Руслав замер, расширив глаза, и едва разомкнул губы:
— Отравление эфиром? Нет, я… но это же не…

Адебайо мучительно поморщился:
— Ловушка, Виноградная Ножка. Ему нужен сосуд. В Зоне… Он вытянул из меня твой эфирный след. Стоило тебе уйти — он тут же ушёл сам…

Лицо Руслава окаменело — он пытался осмыслить услышанное.
— Сосуд для чего?

Адебайо с трудом втянул воздух, открыл рот — но сил уже не осталось. Последний вздох сорвался с губ; голова упала на грудь. Он наконец освободился от бремени смертной плоти, что носил последние семьсот лет. Старейшина Адебайо Накадами покинул этот мир на глазах у старейшины и мирянина.

— Нет. Нет, нет, нет… нет-нет-нет, Адебайо, нет, ты не… нет…
Голос Руслава превратился в сорванный шёпот, едва слышный. Он глядел в обмякшее лицо, которое держал в ладонях, и тщетно пытался оживить лучшего друга.

Руслав рухнул на колени, вдавив ладони в пол. Он зажмурился и издал полный ярости и горя вопль. Потоки эфира вокруг обратились в хаос — контроль ускользал, скорбь хлестала по всем стихиям. Сами кости земли содрогались, над головой бесновались молнии, штормовой ветер срывал с комплекса крышу. Хлынул проливной дождь, промочив до нитки Дюмурна, Руслава и тело Адебайо. Гравитационное поле то и дело сбоило, искажалось в случайных направлениях.

Агент Дюмурн, борясь с потоками силы, что рвались от директора, вцепился ему в плечо:
— ДИРЕКТОР! ДИРЕКТОР, УСПОКОЙТЕСЬ! ВЫ ВСЁ ЗДЕСЬ РУШИТЕ!

Руслав прерывисто выдохнул, беря под контроль потоки эфира, а главное — собственные чувства, усмиряя ядро алхимической мощи, которое едва не вырвалось на волю. Буря утихла, оставив их вдвоём посреди руин.

Остальные «Хранители Клятвы» наконец подтянулись и сгрудились полукругом позади Дюмурна. Он поднял руку к рации, вызывая командование.
— Нужна эвакуация. Двадцать плюс один.
Замолчал, выслушивая ответ.
— Двадцать плюс один, и мешок для тела. Миссия провалена.

Руслав закрыл лицо ладонями и зарыдал о душе, равной которой было мало.

…Я спросил его: «Учитель, каково это — потерять контроль над своей силой?» После привычной ругани и проклятий Карл посмотрел на меня и сказал: «В ярости я могу сотрясти небеса. А не вычистишь очаг — ощутишь это на своей шкуре!» Карл был не из добрых наставников, но в итоге он многому меня научил о человеческой природе. Гораздо большему, чем знал сам, — в этом, по иронии, вся его суть…

— Отрывок из книги «Руслав Дягилев: история одной необыкновенной жизни», т. 1, Артуро Дженуомо, 2031 г.

Структурные: рассказ
Филиал: en
версия страницы: 9, Последняя правка: 16 Окт. 2026, 13:26 (28 дней назад)
Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License.