Оглушительный крик - раскололось огромное пустое небо
рейтинг: +1+x

“Только рука, что стирает, может написать правду.”

Майстер Экхарт

Молния кратко осветила ночь, создавая отпечаток места в глазах доктора. Укрытые хижины, она слышала, как они называли их вигвамами, стоят на огромной равнине. Нет горящих огней. Приторный запах мёртвой плоти витал в воздухе. Она слишком хорошо знала его.

Молния вновь сверкнула, когда она залезла в ближайшую юрту. Ещё один отпечаток. Этот из ада. Мальчик, стоящий на коленях у тел своих родителей. Он обернулся, чтобы посмотреть, когда она откинула навес палатки. Десять. Одиннадцать, максимум. Он был искажен горем и растерянностью, слезы текли из его глаз. Его лицо было заляпано грубой боевой раскраской; детское воссоздание могущественных символов его отца. Красная стрелка, направленная вверх, покрывала его лицо, по сторонам от неё были пара зеленых кругов над глазами и черных кругов под ними. Символизм не был ясен ей.

Впервые в её жалкой жизни, ей показалось, что ей повезло. Их дыхание было прерывистым и затруднённым, но, что важнее, оно ещё было. Их ещё можно было спасти. Если бы она будет работать достаточно быстро, возможно, все это племя могло бы быть…

Всем своё время. Мальчик схватил ужасно заточенный каменный нож. Она оставалась неподвижной, изучая его. Она знала лишь несколько слов на языке, которому её обучило другое племя.

— Я доктор. Я знаю эту болезнь. Я могу излечить её.

Она надеялась, что он понял. Времени колебаться больше не было. Она подошла к умирающей паре и опустилась на колени, поставив свою чёрную сумку на землю. Мальчик уронил нож, наблюдая без движения, стоя на своих коленях, пока она оказывала помощь его умирающим родителям.

Именно тогда она это услышала. Выстрел из винтовки вдалеке. Она почувствовала, как её сердце упало в в желудочные кислоты. Ей никогда не везло. Он украдкой глянула на мальчика, который прекратил дрожать под её взглядом. Она быстро подошла к дальней стене, вытащив стальной скальпель из своей хирургической сумки и используя его, чтобы прорезать тонкую вертикальную щель, в которую она выглянула.

Молния превратила ночь в день. Дым. Солдаты. Они пришли с другой части поселения. Они вышвыривали больных из своих домов, сжигали их вигвамы и стреляли во всех, кто пытался сопротивляться. Её разум кричал от ярости. Если бы у неё было больше времени!

Теперь это не имело значения. Даже если бы она их излечила, она знала, что солдаты не дадут им сбежать. Она вздрогнула, когда ее взгляд упал на трех человек в комнате с ней. У мальчика не было симптомов. Черт возьми, сегодня она спасет хотя бы одну жизнь.

Она опустилась на колени у голов его родителей и коснулась лица мальчика. Она почувствовала, как его веки сомкнулись под её рукой в перчатке, и повернула его голову набок. Затем, она опять обратила внимание на его родителей. Она предложит им скудное милосердие, какое может.

Треск!

Щёлк!

Без слов она положила их теперь уже неподвижные головы на землю. Она молча схватила мальчика за руку и вытащила его из дома. Прочь от родителей, с их искривленными, сломанными шеями. Прочь от его горящей, умирающей деревни. Прочь от относительной безопасности огромной открытой равнины.

К рассвету она осталась одна. Он сбежал от нее при первой же возможности. Она не могла его винить, могла только представлять, каким мрачным духом он мог её считать.


Она проснулась в холодном поту. Тот же сон. Тоже самое воспоминание, что приходит к ней каждую ночь последние несколько недель. Пылинки танцевали в лучах солнца, пробивающихся через деревянные ставни окон. Судя по их углу, был почти полдень. Женщина понялась с тёплой постели, позволив грубому, колючему одеялу упасть с нее. Она потянулась и приложила руку, чтобы успокоить зуд на покрытой шрамами коже лица.

Доктор постояла немного, позволяя позволяя позднему утреннему воздуху омыть её голую кожу, пока она обдумывала своё положение. Звуки города доносились через окно второго этажа. Стук копыт, болтовня горожан, далекий свист прибывающего поезда. Она прошла через маленькую комнату к деревянному столику и вытащила сложенную телеграмму из черной сумки.

ОЧЕРЕДНАЯ ВСПЫШКА ЧУМНОГО ПОВЕТРИЯ ТЧК
ВСЕ ЖИТЕЛИ ШАХТЁРСКОГО ГОРОДА МЕРТВЫ СО СЛОМАННЫМИ ШЕЯМИ ТЧК
НЕТ ПОДОЗРЕВАЕМЫХ И ГОРОД ОСТАВИЛИ ТЧК

Отправлено из города Вирджиния-Сити, штат Невада. Этого города. Она пробыла здесь всего один день и уже устала от него. Большинство людей, живущих здесь, были грубыми и тупыми. Те немногие, которые не были такими, были слишком умны для их же блага. Женщина взяла с края стола своё фарфоровое орлиное лицо и надела его, благодарная запаху лаванды, заглушавшему вонь приграничного города. Ее рука стянула черный кожаный балахон со спинки деревянного стула, на который она положила его накануне вечером, и надела. Она снова окинула взглядом маленькую комнатку, снятую её. Она надеялась, что это будет последний раз.

Салун внизу кипел вовсю. пианист играл, женщин танцевала, карты раздавались. Она никогда не была в салуне, который бы понравился ей, но ей были нужны зацепки, нужно было найти этот шахтёрский город. Осмотревшись, она увидела зрелище, которое, казалось, сошло с картины.

Пёс сидел за круглым столом с четырьмя мужчинами, которые пили виски и играли в карты. Все, кроме одного, повернулись, чтобы посмотреть на незнакомца в чёрном балахоне, севшего рядом с ними. Она бросила взгляд на того, который не повернулся, который тихонько лукаво улыбался, его глаза были скрыты за черными как смоль солнцезащитными очками в круглой оправе. Он лениво играл с двумя картами, зажатыми между пальцем и столом.

Остальные псы, и это не было ошибкой, они все были псами, даже если всего один ходил на четырёх лапах, наблюдали за ней. Она увидела, что у мужчины дёрнулись усы, а золотистый ретривер пытливо наклонил голову.

— Мы не хотим, чтобы могильщики подпортили нам удачу, мисс, — толстяк выудил сигару из-под своих серых моржовых усов и сморщил нос над ней. — Почему бы вам просто не встать и не уйти отсюда, слышите?

Мужчина в солнечных очках наклонился вперёд и откашлялся.

— Не могильщик. Хирург, судя по всему, — его голос был мягким но чистым. Пёс лизнул его руку, а остальные обернулись и озадачено посмотрели на него. Он хитро ухмыльнулся. — Пять долларов говорят, что карты совпадают. — Они заворчали, и ради приличия хмыкнули, но в конце концов положили на стол еще двадцать долларов.

Улыбка мужчины в очках не дрогнула. Он вытащил верхнюю карту из колоды, отбросив ее в сторону, все еще лицом вниз. Следующая карта была перевёрнута. Бубновый туз. Ещё одна срезка1. Тройка пик. Срезка. Туз треф.

Мужчины поднимали свои руки один за другим. Валет, дамы разной масти. Пара двоек. Третий улыбнулся, сигара ходила у его во рту, и он открыл туза, наивысшую карту. Он двинулся, чтобы притянуть к себе стопку банкнот, пока человек в солнечных очках не поднял руку.

Три туза. Шипение сквозь зубы.

— Поправьте меня, если я не прав, но фулл хаус бьёт пару, не так ли?

— Погоди-ка, приятель, как ты узнал, какие у тебя карты, если мы не сказали тебе этого? — заявил сероусый, ударив мясистой рукой по деревянному столу, чтобы подчеркнуть вопрос.

— Почему же ещё вы, джентльмены, могли отреагировать на это с удивлением? — Мужчина снял свои тёмные солнечные очки с лика, дыхнул на линзы, прежде чем начать притирать их белой тряпочкой. Его молочно-белые глаза смотрели невидяще. Со стороны трёх мужчин начало раздаваться ворчание. — Кроме того, парни, я не думаю, что вы будете расстроены из-за небольшой потери мелочи. Особенно, — он повысил голос, махнул пятидолларовой купюрой бармену, — когда на неё покупают три бутылки виски для этих замечательных джентльменов!

Их ворчание перешло в беспорядочное веселье, когда мужчины поднялись, чтобы забрать свой утешительный приз. Мясистая лапа курильщика хлопнула тощего мужчину в черном по спине, едва не сбив аккуратный котелок с его головы.

Дилер рассмеялся, поправил очки и шляпу, вернув их на своё место, и вложил банкноту в мозолистую руку дородного пожилого человека. Размашистым движением руки он собрал колоду, начав тасовать её, чтобы перемешать. Пёс положил свой подбородок на запястье мужчины спустя несколько долгих секунд перемешивания, глядя своими большими карими глазами на женщину.

— Партию? — наконец он предложил.

— Благодарю, нет. Я не оставляю всё на волю случая, — она поставила свою чистую чёрную сумку на стол. — Вы более способны, чем показываете. Услышали инструменты в моей сумке и сделали вывод о моей работе, — он открыл рот, чтобы ответить, но женщина подняла палец, чтобы прервать его. — Вы распознали природу моих инструментов лишь по звукам моего движения. Вы должны слышать много чего.

Его брови изогнулись. Пёс спрыгнул со своего стула и начал суматошно щёлкать зубами под хвостом. Мужчина предпочёл не обращать на это внимания.

— Может быть, — он положил колоду на стол, собрал свой выигрыш и выровнял купюры, проводя по ним пальцами. — Может быть. Что у вас на уме, мисс?

— Я ищу город. Шахтёрский город, недалеко отсюда, — она достала купюру в десять долларов из своей чёрной сумки, положила её на стол и пододвинула к мужчине. — В нём была эпидемия, и я хочу убедиться, что она не распространится.

— Что ж, налицо крайне удачное совпадение. Я ждал, когда мои наниматели пришлют сопровождение, но поскольку нам надо в одно место, и я, — он похлопал себя по нагрудному карману, — знаю, как туда добраться, возможно, мы оба сможем провести время лучше, чем ожидалось, — он улыбнулся не только губами. — Позвольте мне представить себя. Меня зовут доктор Кроу. А этот яркий образец собачьего достоинства - Пэйтос.

Женщина вежливо рассмеялась и положила деньги на середину стола. Он покачал головой.

— В этом нет необходимости, мисс. Я предпочитаю дать картам возможность решить, и я уверен, что вам повезёт, — он последовательно раздал по карте каждому, пока у них не оказалось по пять карт. Отложив колоду в сторону, он перевернул руку указательным пальцем. Двойка, четвёрка, шестёрка, восьмёрка и десятка бубнов. Кроу кротко пожал плечами.

Она с любопытством посмотрела на него, переворачивая предложенные ей карты. Флеш рояль, червы.

— Я тоже ничего не оставляю на волю случая, мисс.


"Упади со скалы, умри окончательно, а затем вернись к жизни — и тебя не смогут обмануть."

Дзэн-притча

— Куда бы он ни пошёл, ни к чему хорошему это бы не привело. Смерть и гниль окружают его, куда бы он ни пошёл.

Они ехали вдвоём на одной лошади, а пёс радостно бежал рядом. Она рассказала мужчине о том, что было, когда она в последний раз была так далеко на западе, о мальчике, которого она встретила много лет назад.

— Почему вы так уверены в этом? — доктор Кроу сидел позади, скрестив руки на груди, или взявшись ими за седло; как угодно, лишь бы не обвить её руками. Разумеется, потому что он был джентльменом.

— На его лице была кровь. Несколько капель, — она почувствовала, как он любопытствующе повернулся за ней. Доктор продолжила: — На поздней стадии болезни нередко начинается кровотечение в лёгких. Простой кашель может вызвать аспирацию болезни; одна капелька может быть заразной в течение нескольких недель.

— Получается, этот мальчик давно должен быть мёртв?

— Я предполагала это, пока не получила ту телеграмму. Теперь я подозреваю, что он был болен, когда я впервые увидела его, но бессимптомно. Носитель, не затронутый болезнью, — она натянула поводья, остановив их лошадь. Вдалеке она заметила приземистые деревянные постройки. — В любом случае, мы почти у цели.

— Вы действительно думаете, что убийца - это ваш мальчик, да?

— Сломанная шея не позволяет болезни получить контроль над телом. Он… должен был знать об этом, — она почувствовала, что он начал прожигать её взглядом, но нет, глаза Кроу были скрыты чёрными дисками. — Он был в комнате, когда я…

— Да, да, — она уже описала, что произошло с родителями мальчика. — Предположим, что вы правы. Значит, он нашёл способ весь городок. Как это произошло, если учесть, что инфекция распространяется через телесные выделения? — Он почувствовал, как ее вес сместился, когда доктор пожала плечами. Она снова направила арендованного коня к городу.

— Похоже, на площади есть колодец, — отметила доктор, внимательно осматривая город, когда он стал виднее. — Если бы я была женщиной, делающей ставки, я бы держала пари, что он заразил его.

— Вы полагаете, что он просто подкрался к нему и пописал в центре города?

— Никто не проживёт в дикой местности достаточно долго, если не научится перемещаться незаметно. Он вполне мог так поступить. Или он использовал свою кровь. — Она пошевелилась, в жарком вечернем воздухе разлилась вонь гнили, проникающая даже через травы в её фарфоров лице — Или кал.

— Пэйтосу повезло, — отметил Кроу, когда закрыл свой нос и рот надухарённым платком, извлечённым из кармана. — На Земле нет запаха, из-за которого пёс бы закрыл свою пасть. — Пёс вскинул голову, услышав своё имя, подбросил свой зад в воздух как идиот несколько раз, прежде чем убежать на поиск источника таинственных сильных запахов.

Город не был большим. Несколько деревянных бараков, склад и бар — вот и все достопримечательности. Колея, оставленная бесчисленными повозками, вела к шахте. Столб изгороди, сделанной для исправных прицепных реек. Они спешились, когда пёс с золотистой шерстью бегал от здания к зданию, останавливаясь только для того, чтобы подсунуть морду под дверь для того, чтобы как следует принюхаться.

Отвлёкшись от бегающего пса, она увидела, как ее компаньон вытащил из внутреннего кармана пальто искусно сконструированное деревянное устройство. Лёгким мановением запястья оно превратилось в тонкую трость. Она ходила вперед и назад перед ним, пока он медленно ходил по городу, поворачивая лицо то туда, то сюда.

Хирург предоставила его самому себе и направилась в бараки, чтобы осмотреть разлагающиеся трупы.


В собаке природа Будды?
Ответ дан в самом вопросе.
Если ты скажешь «да» или «нет»,
Ты погубишь себя и лишишься жизни.

Комментарии к Мумонкану

Хирург вышла на улицу. Надвигались грозовые тучи, забрав у них дневной свет на несколько часов раньше. Ее товарищ и его пёс ждали у колодца, они оба повернулись, когда она подошла.

— Судя по запаху, вы были правы насчёт колодца. Вода заражена, — сказал Кроу. Наступающая тьма не смущала ни его, ни Пэйтоса, в то время как она обнаружила, что изо всех сил пытается разглядеть их в двух шагах от себя. Она почувствовала некоторое облегчение, когда сверкнула молния, очертив мужчину и его пса резким контуром.

Так было до того, как она заметила упавшее тело их лошади, и силуэт человека в дверях бара, к которому они ее прицепили.

— Дерьмо! — сказала она. — Он здесь, — уточнила доктор. Её сумка упала на землю, и тьма вернулась.

Это была какофония движений. Пэйтос начал издавать низкое злобное рычание, которое превратилось в кровожадное рычание. Она слышала, как Кроу бежит к нему на помощь. Затем она услышала громкий визг, а затем тяжелый удар, когда собака с силой ударилась о стену из заготовок. Доктор услышала яростный крик доктора Кроу. Пока она слушала, ее руки обыскивали хирургическую сумку в поисках необходимого лекарства.

Сверкнула молния. Доктор Кроу схватился за грудь, встав на колени, его трость пропала. Она узнала бросившееся на нее лицо. Узнала грубую боевую раскраску. Узнала взбешенное, растерянное выражение. Их взгляды встретились во вспышке. Он замер, в его мыслях он стоял на коленях, умолял своих родителей не умирать, впервые становясь свидетелем смерти.

Доктор достала из сумки рецепт: две дозы свинца, доставленные при помощи револьвера Смита-Вессона III образца. Свет угас, в то время, как её пистолет выстрелил дважды. Она не услышала стук.

— Вы подстрелили его, он ранен! Бежал в бараки — она услышала, как доктор Кроу поднялся на ноги. Хирург направила пистолет точно в дверной проём лачуги, медленно и вслепую приближаясь к ней.

Кроу чуть не врезался в нее сзади, прежде чем она услышала его шаги. Он легонько похлопал ее по спине. Она собралась с силами, напрягаясь у порога и ожидая следующей вспышки. Прошли долгие мгновения, ее сердце колотилось, а время тянулось бесконечно.

Молния расколола небеса, пролив свет через дверной проем. Она ворвалась вовнутрь, направив пистолет в едва видимую комнату. Её кровь застыла от ужаса. Она его не видела.

Свет угас. Доктор не видела убийцу, упавшего с перекрытий и приземлившегося перед ней с приглушённым стуком. Его рука легла сбоку на её голову. На мгновение доктор задумалась о том, что же она ожидала.

Взрыв, последовавший следом, был не громом, а "Дерринждером" в руке доктора Кроу. Она почувствовала, как напавший на неё наклонился, толкнув её на землю. Его шаги потеряли изящество, он тяжело спотыкался, когда сбежал через заднюю дверь барака.

Доктор поднялась. Она дрожала, её сердце и дыхание участились. Руки доктора Кроу нашли ее, помогли подняться на ноги.

— Вам не больно? Я не попал в вас?

— Нет, худшее, что я получила - так это немного его крови от выстрела, — она вытерла её с глаза, перчатка слегка скрипнула по керамическому лицу.

— На вашем лице?

— В глазу.

— Господи, нет. Я… я…

— Я ценю вашу заботу, но она неуместна. Он не может заразить меня чем-то, чего у меня нет. Я асимптомна. Переносчик, как и он

— Но вы тратите своё время топча эпидемии, а не распространяя. Это сделает вас в несколько тысяч раз лучше в моей книге. — Непринуждённость медленно возвращалась в голос Кроу. — Даже с учётом того, что я подстрелил его, нам не угнаться за ним. Что ж, мы подберём Пэйтоса и сделаем ноги из этого города-призрака?

Она глубоко вздохнула, но не могла не согласиться.

— Он будет в порядке? - спросила доктор, когда мужчина опустился на колени возле своего пса. Хвост начал ритмично стучать по земле.

Спустя несколько мгновений она услышала, как пёс встал на лапы и сделал несколько шагов.

— Он оберегает правую переднюю лапу, но я видел, как он переносил и более серьёзные разы без жалоб. Черт, в Боулдер-Сити он пролетел три лестничных пролета, затем встал прямо и начал щёлкать челюстями под хвостом, как будто ничего не произошло.

Шторм в конце концов уступил место безлунному ночному небу, и трое путешественников, хромая, прошли шесть миль до Вирджиния-Сити, больше доверяя собачьему носу, чем любому из своих чувств.

— Мы достанем его, — Кроу прервал молчание, длившееся несколько часов. — То есть, мои наниматели. Мы следим за тем, чтобы такие парни в итоге гнили в камере.

— Как, вы сказали, зовут вашего нанимателя?

— Я не говорил. Если вы ищете работу, то я знаю человека, которому рано или поздно понадобится квалифицированный патологоанатом.

— Ясно. Та же болезнь?

— Вроде того.

— Где?

— Это маленький кусочек рая. Прекрасное место под названием Риддл, штат Вайоминг.

Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License