Круче Иисуса

рейтинг: +4+x

— Здравствуйте, молодая леди. Что привело вас сюда?

Она направила свой взор на мужчину перед ней. Старик. Вероятно, за восемьдесят. Он сидел за видавшим виды металлическим столом, на котором стоял пыльный, едва ли тронутый старый компьютер с ЭЛТ-дисплеем. «Молодая леди»? Серьёзно? Я имею такое же право находиться здесь, как и ты. Тебе повезло, что ты такой старый. Хотя ты, наверное, и не в курсе, как оно на самом деле. Ну ладно, нужно произвести хорошее впечатление.

— Младший научный сотрудник Эмма Старк. А вы?.. — улыбнувшись, ответила она.

— Андерсон. Роджер Андерсон. Добро пожаловать на каторгу.

Архив долговременного хранения действительно когда-то был каторгой, где заключённые добывали соль. Помещения, выбуренные прямо в соляных скоплениях, гарантировали низкий уровень влажности воздуха и его чистоту — идеально для хранения различных документов. Необычная текстура стен успокаивала её, в противовес санитарной прямизне стен комплекса.

— Спасибо. Я ищу документ, который не попал в базу данных при переходе на новые технологии в 2003 году. Мне кажется, он до сих пор лежит здесь.

— Верно, он наверняка тут. У вас есть номер документа?

— Только название. SCP-1969-EX.

Роберт прищурился, кривая ухмылка расплылась по его морщинистому лицу.

— Интересный выбор. Вам это для дела или для себя?

Эмма вздрогнула и взглянула на Роджера.

— Вы о чём? Для дела, конечно же. К вам что, приходят с какими-то другими запросами?

— Бывает и такое, — ухмыльнулся Роджер — У нас тут всё серьёзно, но история смерти Пола постоянно вызывает интерес.

— Понятно, но Пол же не мёртв. Он всё ещё жив.

— Ага. Но в те времена всё казалось не таким банальным. Очевидно, что он ещё жив, именно поэтому на этот объект и повесили клеймо «Обоснованный». Вы были правы насчёт того, что он так и не попал в основную базу данных. Когда выяснили, что на самом деле ничего не произошло, они просто поставили печать и закрыли дело; никто даже не побеспокоился о том, чтобы загрузить его в основное пространство, сделав вид, что это хоть когда-то была аномалия, — он даже не взглянул на компьютер. — Проход 22, ящик 431. Четыре ряда справа. Удостоверение предъявите у двери. У нас тут камеры, так что лучше не лезьте в другие коробки. И не забудьте надеть резиновые перчатки.

Эмма помахала бейджем перед дверным датчиком, загорелась зелёная лампочка и Роджер нажал на кнопку под столом. Дверь открылась. Эмма вошла в помещение и оглянулась по сторонам. Рельефный потолок был усеян флуоресцентными лампами, придававшими бесчисленным рядам металлических полок и сложенных на них коробок странное, неестественное свечение. Воздух был очень чистым, сухим и минеральным. Следуя инструкциям Роджера, она вошла в нужный проход и вытащила с одной из полок тяжёлую коробку. Она положила её на землю и открыла.

Внутри лежал полный комплект виниловых пластинок Beatles в их первоначальных конвертах. Вместе с копиями. На конвертах было множество фраз, примечаний и вопросов насчёт тех или иных элементов оформления обложек. На ранних альбомах, до 1968 года, надписей было заметно меньше и все сопровождались подписью отдела по мониторингу когнитивных угроз. Но альбомы повторялись в хронологической последовательности и с каждым месяцем текста появлялось всё больше и больше, отмечались новые связи. Некоторые обложки были промаркированы и отмечены наклейкой «Внимание! Меметическая угроза!» Месиво из заметок, связей и изменений на одних и тех же конвертах продолжалось до февраля 1970 года. Потом всё резко прекратилось.

В задней части коробки она обнаружила документацию к SCP-1969-EX.

Объект №: SCP-1969-EX

Класс объекта: Евклид Кетер Обоснованный

Особые условия содержания: SCP-1969 следует держать в стандартной камере для аномальных гуманоидных объектов в Зоне 06-3. SCP-1969 должен находиться под постоянным видеонаблюдением камер, расположенных за зеркалом Гезелла. Так как объект не проявлял признаков опасного аномального поведения, стандартные условия содержания следует считать достаточными. За хорошее поведение SCP-1969 разрешено предоставлять вознаграждения в виде мебели и аксессуаров. Информацию о любых изменениях внешнего вида субъекта следует немедленно сохранять в журнал и передавать директору Зоны Вертаму.

Обновление от 09.11.1969: SCP-1969 не содержится и неконтролируемо распространяется в обществе. МОГ Гамма-5 («Ложный след») должна отслеживать все векторы распространения дезинформации, осуществляемой инфицированными лицами, и осуществлять перехват листовок, брошюр и журналистских статей, вызывающих распространение инфекции. Следует принимать меры по срыву и дезорганизации любых собраний и встреч, несущих в себе опасность передачи заражения SCP-1969. Во всех периодических изданиях следует размещать статьи с обсуждением правды о том, что Пол Маккартни по-прежнему находится в живых.

Обновление от 14.03.1970: SCP-1969 больше не считается аномальным и, следовательно, не нуждается в содержании. Следует прекратить все попытки постановки SCP-1969 на содержание и изменить класс объекта на «Обоснованный»

Описание: SCP-1969 является 28-летним мужчиной шотландского происхождения по имени Уильям Кемпбелл. Благодаря неопределённому курсу тренировок и медитаций, субъект приобрёл идеальное сходство с внешностью ЛПИ-1841-12, также известного как Пол Маккартни, исполнитель в группе Beatles. SCP-1969 всё ещё имеет некоторые незначительные отличия от ЛПИ-1841-12 в виде небольшого послеоперационного шрама на верхней губе и праворукости, в то время как ЛПИ-1841-12 предпочтительно пользуется левой рукой.

SCP-1969 завершил свою аномальную трансформацию по просьбе членов группы Beatles с целью заменить ЛПИ-1841-12, вследствие его смерти утром 9 ноября 1966 года. Остальные члены группы и её менеджер, чтобы предотвратить распространение новостей о смерти ЛПИ-1841-12, подкупили силы полиции, занимавшиеся расследованием его смерти в автокатастрофе, и наняли SCP-1969. За отчётом свидетеля аварии обратитесь к полевому инциденту 1841-N.

Персонал, ответственный за наблюдение за группой, многократно отмечал, что, несмотря на несчастный случай со смертельным исходом, ЛПИ-1841-12 продолжил выступать на концертах и принимать участие в сеансах звукозаписи в студии Эбби-Роуд. Происхождение этой аномалии не было определено, пока SCP-1969 не привлёк внимание отдела по мониторингу когнитивных угроз и, следственно, внимание Фонда. К тому моменту Beatles уже были под усиленным наблюдением, связанным с всемирным релизом альбома Sgt. Pepper's Lonely Hearts Club Band 1 июня 1967 года, который, хоть и набрал по шкале Канта-Деррида всего 3 балла (неаномальный мемагент), но содержал в себе некоторое число символов и подсознательных намёков, ставящих под сомнение нахождение ЛПИ-1841-12 в живых. ОпМКУ вскоре обнаружил скрытый номер телефона на обложке песни Magical Mystery Tour, опубликованной 27 ноября 1967 года. Стенограмма телефонного разговора приведена ниже.

Участники: полевой агент Роджер Андерсон (далее — РА) и ЛПИ-1969-A, посредством анализа голоса идентифицированное как женщина возрастом около 30 лет с лондонским акцентом.

<Начало протокола>

ЛПИ: (Полуторасекундный вздох) Да?

РА: Здравствуйте, с кем я говорю?

ЛПИ: Это всё из-за Пола?

РА: Вам часто звонят по этому поводу, мэм?

ЛПИ: Часто ли мне звонят? Слушайте, мне приходилось разговаривать со всеми избалованными торчками из всех университетов этой страны, со всеми журналюгами, жаждущими «сенсаций» и со всеми хамами из полиции, которые думают, что я хоть что-то знаю о Поле. «Он мёртв?» «Как всё произошло?» Клянусь, янки, ваше болезненное влечение к смерти человека, который прямо сейчас ходит по этой земле, было бы смехотворным, если бы не было таким пугающим. Я скажу вам то же, что и всем до вас. Нет, он всё ещё жив. И даже если бы он умер, я бы никак не была с этим связана. А теперь окажите мне небольшую услугу и оставьте меня в покое.

РА: Извините за беспокойство, мэм. Всего доброго.

ЛПИ: Нет! Постойте… Вы не похожи на тех людей из университета. Простите. Наверное, зря я вам нагрубила. Вы журналист? Или вы работаете на государство?

РА: Нет, мэм.

ЛПИ: И… вы… Вы ведь умеете хранить секреты?

РА: Хранить секреты — моя работа.

ЛПИ: Боже мой… Я просто… я больше не могу сдерживаться.

РА: Сдерживаться от чего?

ЛПИ: Я… я убила его.

РА: Вы убили Пола Маккартни?

ЛПИ: Я не хотела. Господи, я почти ничего не помню, я была пьяна и под кайфом в тот день. Всё было как во сне. Но я была там. Я видела, как он умер. Я плелась по улице в пять утра, пытаясь вернуться домой после той тусовки. Я едва ли стояла. Меня, наверное, раз пять на проезжую часть заносило, удивительно, как меня никто не сбил. Помню, как какой-то мужчина, очень милый мужчина, подъехал ко мне и предложил подвезти. Я была не в состоянии отказаться и села в машину. Я рассказала ему, где живу. Завязался разговор, я спросила его, что он делает тут в такое время суток, он рассказал мне о том, как поссорился с участниками группы, когда они работали в студии. В тот момент я всё осознала. Это был Пол. Тот самый Пол. Он увидел меня, подобрал меня и предложил подвезти домой! Такой джентльмен! (Всхлипывает)

РА: Повезло вам.

ЛПИ: Не смейте так говорить! Когда я поняла, что нахожусь в одной машине с Полом, я… Beatles для меня как боги. И вот, дорогой, любимый Пол заметил меня, взял меня к себе, как рыцарь на белом коне. Я… Я потеряла над собой контроль. Я начала кричать и метаться от возбуждения. В этом состоянии я схватилась за него, пыталась обнять, поцеловать. А затем он… Мы съехали с дороги, врезались в столб, и машина перевернулась. Вскоре прибыла полиция, меня вытащили из-под обломков. Они собирались вытащить и Пола, но… машина взорвалась. Он был бы жив, если бы не я!

РА: Я… Мне очень жаль. Вас допрашивала полиция?

ЛПИ: Я сказала им своё имя — Рита — и они подвезли меня до дома, сказали проглотить несколько таблеток, чтобы протрезветь. Самое странное было в том, что они не выглядели как полицейские. На них были какие-то значки с тремя стрелками или вроде того, а ещё они постоянно говорили что-то про амнезиаки.

РА: Но вы по-прежнему всё помните? Голова от таблеток не помутнела? У них не было медного послевкусия?

ЛПИ: Ещё бы у Люси в небесах спросили. Вообще не помню, под чем я тогда была.

РА: Это… интересно.

ЛПИ: Да, я тоже так подумала. Я побоялась что-то у них спрашивать и решила просто залечь на дно, пока мне не позвонили примерно месяц спустя. Это был Джон, он попросил меня прийти в студию на Эбби-Роуд.

РА: С какой целью?

ЛПИ: Я не знаю, но когда мне позвонил Джон, я просто была обязана ответить. Я была напугана. Я убила Пола, в конце концов. Я бы позволила им делать со мной что угодно. Я заслужила это. Но когда я туда пришла, Джордж и Ринго поприветствовали меня объятиями. Они сказали мне не беспокоиться, сказали, что уже простили меня, что всё будет в порядке. Но как всё могло быть в порядке? Я убила пола. Своего кумира. Любимца миллионов. Его больше не было с нами. Но потом они познакомили меня с Уильямом.

РА: Уильямом?

ЛПИ: Уильям Кэмпбелл. Парень из Канады. Песчано-каштановые вьющиеся волосы, широко расставленные серые глаза. Джон сказал мне, что этот парень будет новым Полом. Они организовали конкурс двойников и именно он победил. Я не могла в это поверить. Этот мужчина ничем не был похож на Пола. Потом Джон сказал, что они написали в песню в честь меня. Я сказала, что так нельзя, что я совершила ужасный поступок, что они должны убить меня на месте. Но они настояли на том, чтобы я послушала их. Она потом попала в альбом «Пеппер»1, «Lovely Rita». Я всё ещё не верю в то, что они её действительно написали. Но самое странное было в том, что голос Уильямса менялся на протяжение всей песни. Цвет его кожи, глаза, лицо, тело, даже цвет волос — всё изменилось. И к концу песни… Это был уже не Уильям.

РА: Изменилось? Как? И кто, если не Уильям?

ЛПИ: Это был Пол. Клянусь, это был именно он. Человек, чью музыку я так любила, человек, который меня спас, который той ночью отдал свою жизнь в обмен на мою… Он стоял прямо передо мной.

РА: Как?

ЛПИ: Пол — Простите, Уильям — сказал, что он научился изменять внешность через медитации. Джон сказал, что они всё перепробовали, даже пытались использовать картонный макет, но ничего не помогло, им действительно нужен был живой Пол, чтобы продолжать писать музыку. Так они и нашли Уильяма.

РА: Картонный макет?

ЛПИ: Видимо, это был очень хороший макет. Но теперь у них есть Уильям.

РА: Ясно…

ЛПИ: Они сказали мне держать это в секрете до тех пор, пока они не смогут сами рассказать эту новость фанатам. Они боялись массовых суицидов, не могли этого допустить. Им нужно было подождать, пока всё уляжется. И… Господи, я жила с бременем вины с того самого момента, как всё это началось, спасибо вам. Спасибо, что выслушали.

РА: Это было честью.

ЛПИ: Но… Знаете, из-за всего, что происходило тогда, это должно было случиться. Это судьба. Или карма, я не знаю. В конце концов, Джон сказал, что они «были круче Иисуса»

РА: Популярнее чем Иисус, верно.

ЛПИ: Ага. И всё ещё, вопреки их музыке, лишь трое умерли на Горе в тот день.

РА: Погодите, что?

<Вызов сброшен, конец протокола>

Звонок был отслежен до офиса управления, расположенного на заброшенной откормочной площадке на окраине города Ларами, Вайоминг. Никаких признаков наличия ЛПИ-1969-1 или рабочего телефона обнаружено не было.

Нынешнему экземпляру ЛПИ-1841-12, предположительно, г-ну Кэмпбеллу, присвоено обозначение SCP-1969. МОГ Бета-6 было поручено задержать SCP-1969 для дальнейшего изучения.

Обновление от 09.11.1969: Несмотря на задержание Фондом SCP-1969, Beatles продолжили выпускать музыку. Члены МОГ Бета-6 сообщили о постоянном присутствии ЛПИ-1841-12 на сеансах звукозаписи. Кроме того, исследователи отметили отсутствие сходства объекта с ЛПИ-1841-12.

Углублённые исследования и допросы подтвердили отсутствие у г-на Кэмпбелла аномальных свойств. Объект следует обработать амнезиаками и отпустить.

МОГ Бета-6 усилила наблюдение за ЛПИ-1841-12 и подтвердила нахождение субъекта в живых.

Отдел по мониторингу когнитивных угроз заявил, что обложки альбомов группы Beatles содержат в себе крайне высокий уровень меметической угрозы. После детального обзора, ОпМКУ повысил оценку уровня опасности до 7 баллов по шкале Канта-Деррида. Просмотр обложек альбомов и допрос других заинтересованных лиц привёл к заключению, что ЛПИ-1841-12 ушёл из жизни 9 ноября 1966 года и, в то же время, продолжает жить на данный момент. Учитывая всемирное распространение альбомов Beatles, SCP-1969 теперь включает в себя и вышеупомянутую меметическую угрозу. Класс объекта изменён на Кетер.

SCP-1969 представляет собой повсеместно распространяющуюся меметическую угрозу глобальных масштабов. МОГ Гамма-5 («Ложный след») сформирована с целью распространения на весь мир правды относительно жизненного статуса ЛПИ-1841-12. Полевые агенты должны быть внедрены в университетские кампусы с целью посещения встреч и неформальных бесед, связанных с обсуждением необоснованных заявлений о смерти ЛПИ-1841-12 и распространения среди них правды и идей скептицизма.

МОГ Бета-6 предупреждает об ожидаемом росте количества суицидов, связанном с SCP-1841.

Обновление от 14.03.1970: МОГ Гамма-5 сообщает об успехах в борьбе с SCP-1969. Фотография живого ЛПИ-1841-12, распространяемая в журнале Life, оказалась крайне эффективна против меметической угрозы. То, с какой лёгкостью она была устранена, указывает на её неаномальную природу и возможное отношение к массовой истерии, вызванной SCP-1841. Класс объекта изменён на «Обоснованный»

Эмма оторвалась от чтения. Что-то было не так. Она вытащила документацию, закрыла коробку, поставила её обратно на полку и быстрым шагом вышла из помещения. Всё только для того, чтобы швырнуть бумаги на стол Роджеру.

— Вы Роджер Андерсон.

— А вы должны были положить документы обратно в коробку, как только закончите.

Эмма ударила кулаком по стопке бумаг.

— Вы Роджер Андерсон. И я ещё не закончила.

Роджер кивнул головой и скорчил невинную ухмылку.

— Допустим, это я. Я тогда работал в КогУгре, изучал 1969. Кстати, вы с таким восторгом изучали мои работы, что я совсем забыл спросить. Скажите для протокола, над каким объектом вы работаете? Что привело вас к 1969?

Эмма не знала что ответить. Он пытается сменить тему? Нет, мне всё ещё нужно узнать больше о 1969.

— Я работаю над SCP-012. Я хотела…

— Ох, да чтоб тебя… Двенадцатый. Это всегда он, — Роджер закрыл лицо руками — Это из-за Двенадцатого я перевёлся в КогУгр. Из-за Двенадцатого я потерял напарника и хорошего друга.

Эмма вгляделась в его испещрённое морщинами лицо.

— Вы… Вы Андерсон? Тот, который вместе со Спитцером…

Роджер кивнул.

— Леон Спитцер. Чертовски хороший напарник, с которым всегда можно было выпить, которому всегда можно было довериться. Из-за одного проклятого листа с нотами всё скатилось в бардак и паранойю. Когда я понял, что происходит, то сразу же начал глотать амнезиаки как Тик-Так. Хоть я так и не увидел эти листы без грязи, но… Позвольте мне дать вам один совет, мисс. Никогда не злоупотребляйте амнезиаками. Никогда.

— Вы имели в виду амнестики? — преисполнившись стремления послушать ещё сказок дедушки Роджера, она поправила его.

— Амнестики, амнезиаки, какая разница? Я знаю, что они изменили их состав несколько лет назад и напомнили всем, что правильно называть их амнестиками, но мы все уже привыкли называть их амнезиаками, даже если это было неверно. Я запаниковал, когда понял, что произошло с Леоном. Мы попали во Флоренцию с целью забрать копию 701, которую можно было спокойно читать и рассматривать, поэтому мы не ожидали чего-то настолько коварного, как Двенадцатый. Когда я понял, что Двенадцатый сделал с Леоном, я начал записывать всё, что помнил и намешал себе коктейль из амнезиаков. В тот день я потерял лучшего друга и половину своих воспоминаний из детства. Вы хоть представляете, какого это — навестить свою семью на рождество и осознать, что ты не помнишь имени своей родной матери? Это ужасно. Когда я вернулся, я сразу же запросил перевод в КогУгр. Я не мог позволить, чтобы ещё один Двенадцатый прошёл мимо меня. А ещё доктор предписал мне никогда больше не употреблять амнезиаки.

— Но когда вы уйдёте в отставку… — удивилась Эмма.

Роджер махнул рукой, заставив её замолчать.

— Я не уйду в отставку. Пришлось отказаться от этой мысли, чтобы избежать попойки на прощальной вечеринке. Именно поэтому я и сижу тут, в архивах. Я уже слишком стар для чего-то действительно аномального, так что большую часть времени провожу в этих соляных пещерах, вспоминая о былых временах. Это полезно для моих лёгких. Жизнь идёт медленно, зато безопасно. Лучше любой отставки.

В воздухе повисла тишина. Роджер довольно сидел в кресле, а Эмма облокотилась на его стол, как бы сидя на нём. Она изогнулась и осмотрелась вокруг, заметив стопку бумаг под рукой.

— А теперь насчёт Пола…

— Вы так и не назвали мне причину вашего интереса 1969. Не думайте, что я забыл. Я, может, и стар, но с памятью у меня всё в порядке, — прервал её Роджер.

Эмма, вздохнув, закатила глаза.

— Ладно, в общем, я просматривала дневник К.М.Сандовала, хотела узнать, что происходит с 012. Я не нашла ничего особенного, кроме той записки, в которой Сандовал будто бы намекает на смерть Пола в ночь, когда она, по идее, должна была произойти. Я решила взглянуть на все документы, которые могли быть связаны с этим и обнаружила SCP-1969-EX. Вот так.

Взгляд Роджера стал проницательным.

— Сандовал упомянул смерть Маккартни? То есть Пол должен был умереть, пока мы были во Флоренции?

Эмма достала свой планшет и показала Роджеру.

— Я сделала фотографию. Видите запись о Маккартни на краю листа?

Роджер склонился над планшетом; чтобы лучше видеть, он пододвинул к нему свою настольную лампу, но, осознав бессмысленность этого действия, отодвинул её обратно и принялся медленно и внимательно читать, периодически бормоча что-то под нос.

— Похоже на почерк Вертама. Он знал о 1969 больше всех. Если кто-то и в курсе подробностей смерти Маккартни, то это точно он. И мне кажется, ты права насчёт дневника Сандовала. Он в самом деле что-то говорил о дне, когда умер Маккартни. Вероятно, именно поэтому Рита и упомянула Голгофу. Однако если подумать, то к тому моменту он ещё даже не нашёл Двенадцатого. Как он мог знать, что именно тогда, за тысячу миль от него, умер Пол?

— Но Пол… не умер в тот день, — произнесла Эмма, косо глянув на Роджера.

— Именно. Пол не умер в тот день, – подтвердил Роджер, посмотрев на Эмму пустым взглядом.

Она вернулась к началу.

— Но в этом и заключается главная проблема с документацией. Если Пол никогда не умирал, то кто такой Уильям Кэмпбелл? Как вы вообще его нашли? Что значил весь этот разговор с Ритой? Всё это не имеет никакого смысла!

Роберт улыбнулся и умиротворённо развёл руками.

— Вертам мне всё объяснил. Всеобщая истерия, вызванная каким-то другим объектом.

— SCP-1841?

— Судя по всему. Странно, я думал, что его нейтрализовали ещё в девятнадцатом веке. Хотя я точно помню, что перечитывал его ещё тогда.

— Это же бессмыслица.

— Не знаю, я просто послушал Вертама и не стал ему перечить. Подумал, что не стоит спорить с директором Зоны.

Эмма что-то ввела в планшет.

— Нет, это точно не SCP-1841. Это вообще какой-то путеводитель или что-то в этом роде.

— Не может быть. Это должна быть книга, что-то про массовую истерию, которую распространял Ференц Лист, если я правильно помню. Не стало его - не стало и её.

— Погодите… 1969 же переназначили, верно? Тогда нужно… Ага! Вот он. SCP-1841-EX Ваш 1841 уже давно лежит как «Обоснованный»

— «Обоснованный»? Когда они успели? Прочитайте-ка мне его.

Эмма с недоверием посмотрела на Роджера, но в конце концов покачала головой и полностью прочла ему документацию, вместе с обновлениями.

— Я не понимаю, как это может помочь в нашем деле.

— Похоже, он обработал этот документ в лучших традициях АПАИБ, — нахмурившись, пробурчал Роджер.

— Вы о чём?

— Ну, вы же знаете, как информацию скрывают от обычных смертных за кодом доступа или за плашками вроде «данные удалены» или «удалено», верно? Они делают это с целью показать, что там действительно есть что-то, чего мы не должны знать. Но иногда кто-то сверху, дёргая за ниточки, делает так, чтобы исследователи вроде нас вообще не знали о том, что в документе есть секретная информация. Посмотрите ещё раз о чём написано в обновлениях. Там написано, что они дополнили документацию объекта, хотя на самом деле просто сделали вид, будто он полностью изучен. Таким образом, мы прямо сейчас думаем, что его нейтрализовали ещё в прошлом веке, когда на самом деле он всё ещё активен.

Эмма вздохнула.

— Меня больше волнует, что если 1841 обоснован, то 1969 уже нельзя просто взять и списать массовую истерию. Тогда, получается, и он не обоснован.

Роджер стиснул зубы и сглотнул слюну.

— То есть Пол всё-таки умер.

Эмма сорвалась со стола и начала расхаживать в стороны.

— Нет, мы же точно знаем, что он не умер. Это имеет хоть какой-то смысл только если мы сначала узнали, что он умер, а потом узнали, что он жив. Так что же из этого правда?

Роджер рассмеялся.

— А может, и то, и другое?

— Чего?

— Слушайте, весь мир уверен в том, что Пол никогда не умирал. Просто люди одной осенью съехали с катушек, увидели что-то, чего не существует, а потом резко очнулись. Но вмешательство Бета-6, Кэмпбелл, звонок от Риты – всего этого бы не было, если бы мы не знали наверняка, что Пол всё-таки умер 9 ноября 1966 года. Так что, получается, он всё же ушёл на тот свет. А потом вернулся. Знаете ли, у нас и не такое случалось.

Эмма остановилась возле стола и упёрлась в него руками. Её желудок начал скручиваться в узел.

— Вы хотите сказать, что он воскрес? Это он имел в виду, когда говорил, что Beatles «круче Иисуса»?

— Популярнее Иисуса, — поправил её Роджер. — Точно. Точно, Рита. Слушайте, у вас нет случаем документации к Двенадцатому? Дайте-ка я взгляну на неё. Не волнуйтесь, у меня всё ещё есть к ней допуск, так как меня не обрабатывали амнезиками.

Эмма передала ему в руки планшет. Прищурившись, чтобы лучше видеть, он достаточно быстро прочитал весь документ.

— А остальное где?

— Это всё.

— Но тут же неточность неточностью погоняет.

— Серьёзно? — Эмма забрала у него планшет. – Я, конечно, собиралась добавить в него результаты недавних исследований, но…

— Вы всё ещё держите его в отдельной комнате в сейфе, подвешенном под потолком, где его никто не может видеть, верно?

— Да…?

— В таком случае, это скорее «Безопасный», чем «Евклид». Положил в сейф и забыл. Зачем тогда, по-вашему, ему нужна собственная комната, в которой его можно заметить лишь под определённым углом?

Узел затянулся ещё туже. Она почувствовала, как у неё внутри всё заледенело.

— И сколько у вас уже листов? Когда я ушёл с Двенадцатого, у нас их было всего пять. Так сколько же? — продолжил Роджер.

— Эмм… Ну… Сто семнадцать.

— Сто семнадцать. И все кровью? Даже когда есть чернила?

Эмме не нравилось, к чему это всё идёт. Слова выходили наружу с трудом.

— Да.

— И все листы содержат когнитивную угрозу?

Эмма покраснела и съёжилась.

— Н-нет, только десять из них.

— Вам не кажется, что всё это — очень важная информация?

— К-кажется, сэр.

— А что значит «недавним стихийным бедствием»? По-вашему, потоп 1966 года во Флоренции — это недавно?

Эмма была готова расплакаться.

— Нет.

— Мисс Старк, в этом документе полно ошибок и несоответствий.

— Я всё исправлю. Я хочу всё исправить, — тихо ответила она.

Осознав происходящее, Роджер остановился. Он проглотил слюну и сделал глубокий вдох. Чёрт бы тебя побрал, Двенадцатый. Он смягчил тон.

— Вы не виноваты. Я имел в виду то, что Двенадцатый так же попал под горячую руку АПАИБ, как и 1841.

— Что? Вы уверены? — страх, поглощавший Эмму изнутри, отступил.

Роджер пронзил её стальным взглядом.

— Уверен. Прочитайте дневник ещё раз. Сандовал попал под воздействие Двенадцатого и пошёл искать его ещё до того, как вообще узнал о нём. Вы же знаете, что его нельзя просто положить в сейф. Вы знаете, что это «Евклид»

— А мы разве не можем запереть его в сейфе? — запутавшись, спросила Эмма.

— Можем, но о нём знают люди. А когда они о нём знают, они хотят его исследовать. Они просто вытащат его из сейфа. Вы были готовы изменить документацию, лишь бы рассказать об этом эффекте. Да чего уж там, я только что чуть не наорал на вас из-за этого. Сколько людей увидели мелодию? Сколько людей полюбили её? Разве она заслуживает столько любви? Разве эта бумажка заслуживает столько внимания? Вы представляете, сколько людей хотят лишь переписать её? Они знают, как её исправить. Они знают, как её закончить. Но не могут.

Глаза Эммы расширились.

— Боже мой. Именно поэтому мы и продолжаем проводить тесты? Поэтому мы и не можем просто спрятать его? Потому что мы все под его воздействием и хотим выставить его напоказ?

Роберт кивнул.

— Готов поспорить, это так. Это слабое воздействие. И ему можно сопротивляться. Но в нём есть что-то… соблазнительное. Что-то сексуальное. Даже когда ты узнаёшь о нём через какой-то паршивый документ, полный неточностей, ты чувствуешь, как он пением отзывается в глубине твоей души. Ни с того ни с сего ты понимаешь, насколько он могущественный. Он убеждает тебя в этом. Ты просто хочешь его изучить. Поэтому он и «Евклид»

— И… кто-то не хочет, чтобы это стало известно.

Эмма погрузилась в мысли. Она работала с этим объектом уже почти год. Кто прячет от неё правду? Или от Фонда? Кто так сильно старается, чтобы об этом никто не знал? И зачем? На что вообще способны эти листы?

— Вертам?

— Нет, Вертам мёртв. Это кто-то другой.

— И кто же?

— Понятия не имею. Но я предлагаю вам встретиться с другими старожилами вроде меня. Кто-то должен знать больше. И, учитывая природу Двенадцатого, кому-нибудь наверняка захочется рассказать о нём поподробнее. Меня пригласили на прощальную вечеринку д-ра Калифано на следующей неделе. Если пойдёте со мной, то мы обязательно найдём там хоть какие-то ответы.

Эмма выпрямилась.

— Хорошо. Ладно. Мне… нужно вернуться к работе. Но что же всё-таки с 1969 и всем остальным?

— Я не могу быть уверен на сто процентов, но держу пари, что это всё из-за Двенадцатого.

Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License