Маски, Монстры и Торговцы
рейтинг: +2+x

Постороннему было бы нелегко пройти в Зону 19. Проскользнуть мимо гиперспектрального сканирования или забора из жёсткой сетки под током, которым была обнесена Зона, было почти немыслимо. Рискнувших пойти напролом ждала смерть от града пуль или гранатомётных снарядов, если потребуется. Мощная глушилка сигналов на крыше не давала пролететь дронам и ограничивала всю связь одной проводной линией, разумеется, зашифрованной и под наблюдением. Каждая возможная точка входа была покрыта биометрическими, RFID и объёмными сканерами, чтобы не пустить внутрь незваных гостей или контрабанду, а любой пролом в окне или стене мгновенно уловили бы сейсмодатчики.

Все самые вкусные аномалии хранились под землёй, в железобетонном бункере. На входе в каждую камеру был шлюз с толстыми стальными дверями, при необходимости секции задраивались трёхтонными гермозатворами, охрана и патрульные дроны несли круглосуточное дежурство, и каждый квадратный сантиметр территории постоянно был под наблюдением автоматизированных аналитических систем и живых людей. На крайний случай всегда имелся ядерный заряд.

Но теми или иными путями внутрь попасть было можно - по большей части, Путями с большой буквы "П". От аномальных способов перемещения у Фонда не было надёжной защиты. Якоря Реальности лучше всего работали при тонкой настройке на конкретную аномалию, и у Фонда просто не было ресурсов, чтобы применять Якоря вместо шпингалетов, к тому же, не стопроцентно надёжных.

Примерно в пятом часу утра по местному времени в Спецхране Зоны 19 не было ни дущи, царила тишина. По ту же сторону Атлантики, где местное время было более приемлемым, широко известная в узких кругах паратех-разработчица сидела за компьютером, войдя в локальную сеть Фонда через поддельную учётную запись. Прискорбно неаномальные методы шифрования Фонда в подмётки не годились электро-таумической аппаратуре Дарк и алгоритмам на основе Языка Хаоса. Автоматизированные охранные системы Спецхрана встали, на мониторах охраны циклично проигрывались последние пять минут записи, а прямая трансляция вместо этого шла напрямую на экран Дарк. Она дала соотечественнику отмашку, что охрана проблем не создаст, и безмятежно принялась потягивать утрений чай.

На глазах у неё дверь в кладовку уборщика в Реликварии со скрипом отворилась, за ней показался мерцающий дымчато-белый портал. Это сопровождалось звуками каллиопы - так работало их устройство для прокладки Путей - и Дарк не могла решить для себя, действует ей это на нервы, или наоборот, успокаивает. Высокий и стройный силуэт её прародителя вышел через дверь в своей неизменной мантии с капюшоном - такому оккультисту старых привычек как Д'арк подобные мантии полагаются по статусу. Отчасти бесплотный силуэт Д'арка быстро и элегантно скользил над полом Спецхрана, едва его касаясь, переходя от одной полки к другой. Дарк наблюдала, готовая в любое время направить его на верный путь, если он собьётся, но тот неукоснительно двигался к своей цели, словно по компасу.

Не то чтобы её было сложно заметить.

На средней полке, на чёрном пластмассовом постаменте в плексигласовом ящике лежала половина черепа - не хватало нижней челюсти, части зубов, изрядной части макушки и затылка. Уцелевшие кости были в ужасном состоянии, словно череп вынули из ванны с азотной кислотой.

Д'арк походя вскрыл замок из нержавеющей стали и откинул крышку ящика. Длинными и тонкими, как паучьи лапы, пальцами, он извлёк череп и воздел его, словно в сцене про "бедного Йорика". Поглядел в его пустые глазницы, на мгновение сосредоточился, и, наконец, втянул его запах, будто нюхал вино в бокале.

- Он ещё годится? - прошептала Дарк.

- Пойдёт, - кивнул тот, недобро улыбаясь во весь рот. Свободной рукой он достал копию черепа, уложил в ящик и захлопнул крышку. Развернулся на пятках и заторопился в Путь, не забыв закрыть за собой дверь.

Ещё пара умело набранных команд, и системы безопасности Спецхрана снова ожили, на мониторы охраны вернулась прямая трансляция, а Дарк отключилась от сети.


Вечером того же дня они вдвоём стояли в фойе Святилища Д'арка, каждый со своим чемоданчиком. Рядом, повесив голову, стоял низкорослый, стройный и неизменно молчаливый слуга Д'арка алагаддских кровей. Его присутствие само по себе внушало недоумение, ведь он обычно появлялся, когда Д'арку что-то требовалось, но ещё более непонятным был его тревожный вид, никак не вязавшийся с его обычно невозмутимым поведением.

Айрис почти сочувствовала слуге, тот имел все основания нервничать. Если они задержатся, то могут навлечь на себя гнев Повешенного Короля.

Когда же Рупрехт Картер и Скиттер Маршалл явились в лондонский офис через Путь, все трое испустили вздох облегчения.

- Простите, простите, простите, - извинился Маршалл-младший, который сейчас казался ещё более бледным и осунувшимся, чем обычно. Слуга вручил каждому по таблетке для ясности ума и стакану воды, что было необходимо в причудливом, похожем на сон пространстве Алагадды.

- Скиттер, ты хоть в этот раз реальностью не ошибся? - отпустила шпильку Айрис.

Из шести Маршаллов, Картеров и Д(')арков, которые заправляли МКиД, большая часть приключений выпадали на долю Скиттера. Умелый взломщик и искатель Путей, склонный находить то, что находить не стоило, Скиттер частенько блуждал по планам в поисках чего-либо, что можно было бы использовать для развлечения или обратить на благо компании. При всей развлекательной и практической пользе таких приключений, он временами возвращался не в ту МКиД, или того страннее, домой возвращалась не та версия Скиттера.

- Нет, нет, нет. Не в этот раз. По крайней мере, надеюсь, - ответил он по большей части уверенным голосом. - В прошлый раз у тебя рука малость иначе выглядела.

- Повредила немного, надо было подлатать, только и всего, - заверила его Айрис.

- Ага, - пробормотал он. - А когда мы впервые познакомились?

- 26 июня 2014 года. Эйдолоны собрали нас двоих с Робертом сразу после одного инцидента, о котором Рупрехт предпочёл бы умолчать, чтобы обсудить наш статус как наследников. Тебе они подали завтрак, Роберту организовали новый костюм, а меня напугали до такой усрачки, что я кокнула одного из них канцелярским ножом.

- В их оправдание замечу, что они пытались связаться с вами заранее, а я уже доводил до вашего сведения, что они такое и как выглядят, - сухо отметил Д'арк.

- Я тогда сильно не выспалась, а за дверью стоял безликий монстр, вот я и запаниковала, - сквозь зубы произнесла Айрис. Скиттер не удержался от усмешки.

- Сойдёт. Я дома, - уверенно произнёс он.

- Кстати о вашем юном друге. Где молодой Роберт? - спросил Д'арк, раздражённо поглядывая в сторону Картера. Рупрехт засуетился и нервно прокашлялся.

- К сожалению, Роберт сегодня не составит нам компанию, - отрапортовал он. Д'арк же несколько секунд смотрел на него то ли гневным, то ли непонимающим взглядом.

- Почему? - наконец, спросил он.

- Ну, он привлекательный, обаятельный и состоятельный молодой человек - понятия не имею, откуда у него такие достоинства - и просто есть места получше, куда он может пойти на Хэллоуин, чем, э…

- Чем Двор Повешенного Короля? - закончил за него Д'арк. - Он хоть представляет, какими последствиями чревато злить такого Титана?

- Д'арк, ты же сам говорил, что идти нужно только одному из наших родов. Амос же не идят, - вступился Рупрехт за наследника.

- У Амоса уважительная причина, он инвалид и постоянно на искусственном жизнеобеспечении! - отрезал Д'арк.

- Наутро после гулянки Роберт такой же, - съязвил Рупрехт. На секунду показалось, что сейчас Д'арк рванёт по Путям до Лондона и выволочет Роберта сюда за ухо.

- Почтенный, опоздать будет гораздо менее простительно, чем явиться не в полном составе, - мягко заметила Айрис, отгадав, что у него на уме. - Нам пора.

Д'арк досадливо выдохнул и кивнул.

- Да. Опаздывать не стоит, - согласился он. По щелчку его пальцев слуга поднял оба чемоданчика и пошёл по коридору. - Всем держаться за ним и не расходиться, как минимум пока не доберёмся до Дворца.

- Откуда второй чемодан? - спросил Роберт, пока они вчетвером шли по зловещему и безжизненному коридору Святилища Д'арка. - По-моему, подношение у нас было одно.

- Во втором просто перемена одежды для меня. Он-то коренной житель Алагадды и может проносить вещи в город и обратно, а лично мне не хочется проводить всю ночь в каком-то непотребном карнавальном костюме, который на меня напялят по прибытии, - объяснила Айрис.

- А ты, как всегда, просто душа компании, - закатил глаза Рупрехт. - И с чего вдруг Роберт решил не идти… Боже упаси, если тебя увидят на публике не в твоём обычном безвкусном свитере.

- Это стиль нердессы, в её исполнении работает, - возразил Скиттер.

- Стиль нердессы? Фи. Одевается как рыбак, который от безденежья таскает обноски.

- Да что тебе не нравится? Отлично же выглядит.

— Господа, вы уж поставьте меня в известность, когда разберётесь - от этого зависит вся моя самооценка, — в эту реплику она вложила столько сарказма, что на ближайшие лет десять в Великобритании образовался его ощутимый дефицит. Дарк тихонько хихикнул на эту колкость, а затем жестом велел всем остановиться у старинной деревянной двери. Слуга поставил сумки на землю и достал связку ключей, открыл три замка разными ключами, затем повернул циферблат Антикитеранского часового механизма, чтобы откалибровать Путь. Толкнув дверь и снова взяв чемоданы, он повел всех в город Алагадды.

Черный, белый, красный, желтый - четыре цвета одинаковых оттенков. Это были единственные цвета, которые можно было видеть, и действительно единственные цвета, которым позволяли существовать неестественные законы мироустройства Алагадды. Созвездия обсидиановых звезд пылали в шафранном небе над головой, в то время как темное море, окружавшее остров, не отражало ничего - или, возможно, оно отражало ничто, но никто не мог уловить разницу. Мучительно барочная архитектура зданий, высеченных из цельных кусков мрамора, искривлённых под невозможными углами, игнорирующих гравитацию, искажённых мозголомным манером. Перед ними виднелись лестницы Пенроуза и треугольники Пенроуза, невозможные кубы и невозможные водопады, а на городской площади даже был привязан зверь, похожий на невозможного слона Шепарда, и алагадданцы измывались над ним забавы ради.

Сами же горожане, естественно, пребывали в своём неизменном буйстве бесконечной оргии, вечного торжества, которое можно было бы рассматривать как ироническое наказание, если бы они остановились достаточно надолго, чтобы подумать. Некоторые были обнажены, некоторые - в изысканных нарядах, но все они носили Карнавальные маски. Не носить их было запрещено, а значит и невозможно.

Даже новоприбывших наделили необходимой одеждой согласно обычаям Алагадды. Маршалл и Картер были одеты в расшитые бархатные бриджи, жилеты и сюртуки:
у Скиттера - белый костюм с маской Арлекина с кроличьими ушами, а у Рупрехта - красный костюм и маска Дзанни. Рупрехту также подарили треуголку с пером и украшенную драгоценными камнями трость. Дарк носил маску Панталоне, но его одеяние было лишь немного более изысканной версией его обычного платья. Айрис, к сожалению, не удостоилась такой же любезности.

— Это так типично, — простонала она, пытаясь поднять массивную юбку-обруч своего золотого платья. — Тут, небось, метров десять тряпки, и ни единого, блин, кармашка!

— Они портят силуэт, дорогуша — объяснил Рупрехт, любуясь своим отражением в трости. — Неужели то, что тебе некуда девать свои маленькие игрушки, действительно такая высокая цена за то, чтобы в кои-то веки выглядеть презентабельно?

— Рупрехт, если наступит тот чрезвычайно редкий случай, когда мне нужно будет твоё мнение, я непременно … — тут она осеклась, взвизгнула и повалилась наземь. Айрис обладала многими талантами, но ходьба (или даже стояние) на высоких каблуках не входила в их число. Дарк, Скиттер и слуга бросились ей на помощь, а Рупрехт только запрокинул голову и загоготал.

— Айрис, одетая в платье и туфли на каблуках? Это уже самая лучшая вечеринка, на которой я когда-либо был, — рассмеялся он.

— Пусть заткнётся — прорычал Дарк Скиттеру. Скиттер послушно кивнул и отошел, чтобы держать Рупрехта в узде, а Дарк тем временем отгородил Айрис своей мантией, чтобы слуга помог той переодеться в запасную одежду.

— Ничто ведь не мешает женщине быть сильной, и притом носить высокие каблуки, - высказал свое мнение Рупрехт. - Посол Алагадды носит высокие каблуки, и она одна из самых могущественных женщин во всех мирах.

— Посол не женщина, это бесполое существо, - поправил его Скиттер.

— Что? Хочешь сказать, в местной власти нет женщин, но есть небинарная личность? До одури в духе времени, — сокрушался Рупрехт. Он увидел, что Айрис уже готова, одета в ботинки "Челси", парадные брюки, кашемировую водолазку и золотую полумаску в форме крыльев с перьями и ястребиным клювом. — … Ты выглядишь нелепо.

— Мы все выглядим нелепо - проворчала она, бессильно натягивая маску. — Мы и так уже потеряли достаточно времени. Нам нужно добраться до Дворца, пока не…

Она осеклась - они уже были во Дворце, хотя она была совершенно уверена, что мгновением раньше была в другом месте. В частности, они находились в Большом зале, где безрукие и многорукие гуманоиды танцевали вместе в завораживающе хореографическом балете, плавно перетекая в ленту Мебиуса, которая вела их вдоль каждого пола, стены и потолка.

— Сюрреалистичненько, — заметил Рупрехт, обводя взглядом этот запредельный золочёный загул. К ним подошел бесовского вида слуга, похожий на слугу Дарка, и предложил поднос с напитками, приготовленным на вкус каждого из группы. - Это и есть Vin Mariani? Отменная вещь. Вот, продолжай в том же духе.

Рупрехт сунул чертёнку швейцарскую банкноту в 1000 франков (которую он держал при себе специально для того, чтобы давать возмутительно большие чаевые) и как следует отхлебнул своего вина, сдобренного кокаином.

— Погоди, а как ты умудрился протащить эту банкноту в город? — спросил Скиттер, взяв с подноса пинту индийского пейл-эля. Рупрехт же поставил бокал на стол и ответил только довольным вздохом.

— Вот поэтому старые добрые времена и были добрыми, мои юные друзья: мы всыпали кокаин во все подряд! — провозгласил он.

— Черт возьми, со здешним световым спектром я не могу снять показания, — пробормотала Айрис, безуспешно пытаясь просканировать свое горячее какао встроенным спектрометром телефона. Она сдалась и протянула его Дарку. — Ты можешь сказать, безопасно ли это?

— Айрис, это невероятно оскорбительно для наших хозяев, — выговорил Рупрехт, протягивая чертёнку еще одну банкноту в 1000 франков. — Давай просто оставим это между нами, ладно?

— Простите меня, но я почему-то скептически отношусь к тому, что потусторонний, беспечно гедонистический, рабовладельческий город-государство, управляемый искажающими реальность олигархами, будет ставить на первое место информированное согласие, — возразила Айрис.

— В этом напитке нет ни отравляющих веществ, ни ядов, ни чар, и я думаю, что он сделан по твоему вкусу, — заверил ее Дарк, закончив свое экстрасенсорное чтение напитка. — Однако Рупрехт прав, что наши хозяева не посмеют причинить нам вреда, разве что мы оскорбим их первыми. Для всех нас было бы лучше, если бы вы до конца вечера держали при себе все неблагоприятные мнения о наших хозяевах.

— Да, вы совершенно правы. Я прошу прощения. Даже с таблеткой для бодрости мне кажется, что это место до сих пор шутки шутит с префронтальной корой моего головного мозга, — кивнула она, забирая горячее какао. — Наверное, надо преподнести наш подарок, прежде чем присоединиться к празднеству, не так ли?

— Действительно, так и есть, — кивнул Дарк, беря с подноса чертёнка чашу со сгущенными миазмами. — Не будете ли вы так любезны сообщить своим хозяевам, что прибыл Бессмертный Купец из Лондона и его гости?

При упоминании его титула в Большом зале воцарилась тишина, и все придворные устремили на них пристальные взгляды. Их опять перенесли без их ведома, и теперь они предстали перед самим Повешенным Королем.

То был исполин, затмевающий всех остальных, кто осмеливался смотреть на него, закутанный с головы до ног в дамаст, а слуги-чертенята ползали по нему, как насекомые. На шее у него висела терновая петля, навеки привязавшая его к трону. Хотя его мумифицированные руки были достаточно человеческими, чтобы на них можно было смотреть, извивающиеся щупальца двигались туда-сюда под его изодранной одеждой, заставляя сомневаться, что это - нечто человекоподобное.

Король содрогнулся и застонал, чертенята полетели вниз, как роса, и весь дворец задрожал от его боли. Призрачное пламя потускнело, и болезненно-желтый дым вырвался из его ран и лениво опустился на землю у его ног.

Из загадочного тумана вышли три Лорда-в-Масках, каждая из которых выделяла вязкую, едкую жидкость, медленно разъедавшую носителя.

Белый Лорд, Носитель Маски Упорства.

Желтый Лорд, Носитель Маски Ненависти.

Красный Лорд, Носитель Маски Веселья.

Черного Лорда, Носителя Маски Страдания, конечно же, нигде не было видно, так как он уже давно был изгнан за преступления, о которых никто не осмеливался говорить.

Наконец, высокая гибкая фигура Посла вышла вперед – единственное существо во всем городе, которое не носило маски. Его лицо было пустым, а кожа гладкой и черной. Невозможно было сказать, был ли он обнажен или полностью покрыт каким-то бесшовным одеянием, но на его ногах были высокие узкие каблуки, а пальцы были похожи на длинные, смертельно заостренные ногти.

— Лорды в Масках, Посол Алагадды и Повешенный король - все они царственно приветствуют Персиваля Дарка, Бессмертного Купца из Лондона, ученого алхимика и мастера оккультизма, а также его уважаемых партнеров Скиттера Маршалла и Рупрехта Картера, а особенно - его наследницу, гениальную, выдающуюся, и, если она любезно простит стариковские двойные стандарты - прелестную Айрис Дарк, - приветствовал их Красный Лорд, глядя на них сверху вниз с распутной похотью, его голос был выдержанным, но порочным. Айрис действительно испытывала искушение дать легкомысленный ответ, но перед этими извращенными и причудливыми старыми колдунами даже она чувствовала, что лучше придержать язык и поклониться.

— Мы благодарим Вас за то, что вы нас приняли, Лорды, Ваше Преосвященство и Ваше Величество, — элегантно поклонился Дарк. — И я хотел бы принести свои самые искренние извинения за отсутствие Амоса Маршалла и Роберта Картера. Как вы знаете, старший Маршалл страдает от весьма изнурительных болезней и не в состоянии присутствовать на столь оживленном празднике. Младший Картер, к сожалению, оказался занят чем-то иным с некой, скажем так, юношеской неосторожностью.

Весь двор разразился веселым смехом над этим жалким оправданием, и все они повернули головы к Послу, чтобы услышать его ответ.

— Отсутствие старшего Маршалла прощается, — объявил он, лениво точа ногти, после чего многозначительно умолк. Рупрехт в отчаянии отвел взгляд от трона, опасаясь за безопасность Роберта. В редкий момент солидарности Айрис нежно сжала его руку.

— Хватит пресмыкаться, Перси — заявил Посол, чувственно шагая вперед и положив ладони себе на бёдра. — Вы обещали мне новую игрушку, так где она?

— Айрис, будь любезна, преподнеси наш дар, — попросил Дарк. На мгновение она растерянно подняла глаза, поскольку задумывалось, что заниматься этим будет не она, но по страдальческому выражению его глаз поняла, что воля посла удерживала Персиваля согбенным в поклоне. Посол смотрел на них сверху вниз с садистским выражением, ожидая, не даст ли им неопытная Айрис повода устроить какое-нибудь развлечение.

— Конечно, дедушка — поклонилась Айрис, забирая у слуги шкатулку и медленно открывая ее, чтобы показать содержимое хозяевам. — То, что вы видите перед собой - единственные уцелевшие останки того, что Фонд классифицировал как SCP-096, или, просторечно, Скромника. Это существо большую часть времени вело себя кротко, но если кто-либо разумный взглянул на его лицо - будь то напрямую, или в том или ином виде записи - существо впадало в неукротимую ярость и не успокаивалось, пока не отыскало бы взглянувшего хоть на краю света, и не уничтожило бы его. Фонд счёл, что угроза массового уничтожения, исходившая от этого существа, была столь велика, что его необходимо было уничтожить. Ровно год назад они так и поступили, показав его своему самому известному пленнику, SCP-173, которому удалось сломать доселе несокрушимые кости чудовища. Затем же они заполнили хребет существа соляной кислотой, что растворила его костный мозг и свела на нет его способность к самовосстановлению, что и привело к гибели существа.

— Внутри этого фрагмента черепа осталось достаточно костного мозга, чтобы катализировать полную регенерацию, если подвергнуть его воздействию достаточного источника оккультной силы. Мы предлагаем этот фрагмент вам, чтобы вы поступили с ним так, как пожелаете. В пределах вашего великого города неснимаемая маска монстра сделает его безвредным. А за его пределами существо превратится в непобедимого убийцу, который может выследить свою жертву с любого расстояния, по крайней мере в пределах одного мира. К сожалению, его способность достигать целей, расположенных в других мирах, неизвестна, хотя вы должны быть в состоянии решить это сами с минимальными усилиями.

Череп исчез из шкатулки и появился в руке Посла. Тот воздел его вверх, словно Гамлет, вглядываясь в него со всей силой, которой обладал. Айрис, Рупрехт и Скиттер с тревогой посмотрели на Дарка, который все еще оставался неподвижным по воле Посла.

Наконец Посол издал ликующий смешок. Они опустил череп на пол и появился на плечах Короля, схватив его покрывало и одним быстрым движением сбросив его вниз. Дыра в форме бога, которая была лицом Повешенного Короля, теперь была видна всем, и именно эта самая отвратительная и жуткая сила заставила шевельнуться последние остатки SCP-096. Сломанный череп начал восстанавливаться, начал формироваться новый скелет, быстро обрастающий новыми мышцами и кожей. Повешенный Король издал мучительный всхлип, и возрождённое горло SCP-096 отозвалось криком.

Рупрехт и Скиттер немедленно повернулись и закрыли глаза, а Айрис постаралась встать перед Дарком так, чтобы заслонить его от лица монстра. На мгновение их обуял ужас, но насторожённое молчание сменилось громом аплодисментов. Они осторожно повернулись, чтобы посмотреть, и там, в центре Большого зала, был 096. Его высокое, изможденное тело и вытянутые конечности были безошибочно узнаваемы даже под экстравагантным венецианским одеянием. Его лицо было полностью закрыто красиво раскрашенной полной маской, в которой даже не было прорезей для глаз. Монстр в них и не нуждался.

Теперь на него смотрели тысячи глаз, и ему было все равно. Он растерянно хмыкнул, осторожно провел пальцами по фарфоровой маске и не выказал никакого недовольства. Он равнодушно покачал головой и начал ходить по кругу.

— Прелюбопытная скотинка, — проворковал Посол, когда он снова завуалировал Повешенного Короля. — Перси, я великодушно принимаю твое предложение. В знак моей благодарности я дарую вам одну милость от Повешенного Короля, которой вы можете воспользоваться в любое удобное вам время. Я также прощаю отсутствие младшего Картера, на этот раз. Вы и ваши гости можете свободно наслаждаться торжеством.

Наконец Посол освободил его из их телекинетической хватки. Дарк рухнул бы на землю, если бы Айрис не поддержала его.

— С-спасибо, Ваше Преосвященство, — с трудом выдавил он.

— Все соблаговолите поднять бокалы за Бессмертного Купца из Лондона и его дар - нового придворного убийцу — приказал Желтый Лорд. Еще один взрыв аплодисментов и одобрительных возгласов эхом прокатился по бальному залу, когда люди звякнули бокалами и выпили их содержимое. Даже для такого города празднеств, как Алагадда, это был особый случай.

Не в каждый Хэллоуин списанный SCP возвращался из мертвых.

Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License