Хоть что-то хорошее
рейтинг: +2+x

Александр понял, что будут проблемы, когда к тротуару перед аэропортом подъехал вишнёво-красный кабриолет. За рулём была женщина в синем платье с глубоким вырезом и шёлковом шарфе в цветочных узорах.

– Александр Фокс? – спросила она.

– Да, это я, – ответил Александр.

– Андреа С. Адамс. Я тебя подвезу.

Она открыла то, что в любой нормальной машине было бы капотом, явив взору крохотный багажник, уже по большей части заполненный крупной сумкой и двумя пластиковыми чемоданами.

– Закидывай багаж.

Александр подчинился, после чего сел на пассажирское сиденье. – Этот автомобиль трудно назвать незаметным, – заметил он.

– Доверься мне. Там, куда мы едем, бюджетная тачка будет выделяться, как Джози в кошачьем питомнике.

– Полагаю, ты не горишь желанием объяснить мне, что же это за место? Доктор Клеф на брифинге был не очень щедр на подробности.

Адамс хихикнула. – Ни за что не позволю себе испортить сюрприз.

Александр обречённо вздохнул. Это будет одна из тех миссий.


– Езжай в Аризону, будешь прикрывать Адамс, – сказал вчера Клеф. – Всплыло кое-что новенькое и мне нужно, чтобы она для нас кое о чём позаботилась.

Александр ещё не виделся со своим исполнительным руководителем с тех пор, как присоединился к Лямбде-2.
Те обрывочные сведения о ней, которые он сумел получить от коллег, были противоречивы, но чаще всего упоминались прилагательные "смертоносная", "компетентная" и "привлекательная".

Александр прибавил к личному психологическому профилю старшего агента Адамс "непредсказуемая". В конце концов, она арендовала для спецоперации Порше.

Часовая поездка через пустыню была олицетворением непримечательности, а их беседа ограничилась любезностями. Путешествие завершилось у главного входа роскошного курортного отеля, необъяснимым образом расположенного в полной глуши.

– Ты знаешь, что это за место? – спросила Адамс.

Александр думал солгать, но передумал. – Это курорт Рубиновая Меза, – сказал он. – «Маршалл и Картер Вакейшн Энтерпрайзис».

– Ага. Не так высокомерно, как Алмазная Гора, но определённо по-своему очаровательно.

Ах. Многое прояснилось. – Дело в том майском инциденте с детским лагерем, да?

– В некотором смысле. Видимо, кто-то с твоей прошлой работы желает поделиться информацией о том инциденте. Но эти люди очень осторожны, поэтому я здесь, взяла мини-отпуск на выходные.

– Я бывал здесь, – сообщил Александр. – Меня определённо узнают.

– Они и меня узнают. Я здесь без легенды. – Адамс ухмыльнулась, подъезжая к парковщику. – Должен же тот факт, что я участвовала в зачистке лагеря Гранада, стоить уик-энда в хорошем отеле?

– Не совсем, – ответил Александр. – Маршалл и Картер ведут дела иначе.

– Ну, хотя бы на порог пустят. – Адамс остановила машину и вышла, обмотав шарф вокруг шеи. – Кроме того, со мной ты. Твоим присутствием мы убьём двух зайцев: я смогу быть на встрече, не взяв для прикрытия всю МОГ целиком, а твои бывшие работодатели не станут опасаться, что это очередной рейд Фонда.

– А это точно не рейд? – спросил Александр.

– Я, во всяком случае, не слыхала, – признала Адамс. – Это мог бы быть какой-то замысловатый двойной слепой метод. Будем считать, что это не так.

Они вошли в лобби отеля, украшенного с такой роскошью, которой могут похвастаться разве что дореволюционные французские аристократы или нефтяные короли Ближнего Востока. Александр, к своему сожалению, знал, что одни только мраморные полы стоили больше, чем обычные люди зарабатывали за всю свою жизнь (и это не учитывая стоимость золотой отделки и перламутровых инкрустаций). Даже пол здесь служил напоминанием того, что посетители этого отеля жили в своём мире, стоящем выше того, который делили между собой 99.99% остального человечества.

За стойкой регистрации стоял безукоризненно одетый человек в костюме-тройке, вежливо наклонивший свою напомаженную голову в знак приветствия.

– Добро пожаловать, агент Адамс. Рад видеть вас снова, мистер Фокс, – сказал консьерж. – Позолоченный Номер подготовлен для вас.

– Вы знаете кто я? – почти не удивилась Адамс.

– Отель Рубиновая Меза славится тем, что здесь предугадывают желания гостей до того, как они их пожелают, – ответил консьерж, механически улыбаясь. Он передал им небольшое кожаное портмоне с двумя ключ-картами и тонкую брошюру с информацией об отеле. – Не проследуете ли вы за мной?

– Наши сумки… начала Адамс.

– …будут доставлены в номер незамедлительно, – закончил консьерж. – Прошу, не проследуете ли за мной?

Они вышли из лобби вслед за консьержем. Он провёл их через коридор, выложенный роскошными бургундскими коврами. Адамс вытянула руку, касаясь стен кончиками пальцев, и нахмурилась. – Шёлковые обои, – задумчиво сказала она.

– Для наших гостей только самое лучшее, – продекламировал консьерж. Его лицо будто застыло в идеально отрепетированной улыбке.

Александр ухмыльнулся. Он знал, чего ожидать от заведения Маршалл, Картер и Дарк. Было очевидно, что Адамс не знала.

Их провели в пятикомнатный номер, уставленный богатой мебелью из тёмных пород лиственницы с золотой отделкой. Люстра под потолком переливалась тем, что на первый взгляд казалось обыкновенными стеклянными украшениями, но при дальнейшем рассмотрении оказалось настоящими бриллиантами. Подлокотники и ручки мебели были обиты белоснежным бархатом, простроченным золотой нитью. Свежие цветы – тёмно-красные орхидеи и пурпурные лилии в обрамлении гипсофилы – были расставлены в хрустальных вазах, покоившихся на белых кружевных скатертях, несомненно, ручной вязки.

Внимание Александра привлекла корзина с фруктами, стоящая на обеденном столе. К ней был прислонён кремовый конверт. Он взял конверт, прочитал адрес (несомненно, выведенный рукой профессионального каллиграфа) и передал слегка ошалевшей Адамс.
– Это тебе.

Адамс неловко взяла письмо: она не могла оторвать глаз от богатой обивки и роскошных гарнитуров. Когда она закончила читать, часть очарованности сошла с её лица, сменившись разочарованием. – Наш контакт сожалеет, что не сможет присоединиться к нам вечером, – передала она. – Они встретятся с нами завтра утром и приглашают воспользоваться гостеприимством отеля на ночь.

Она потёрла плотную, почти пергаментную, кремовую бумагу кончиками пальцев, проверила на просвет, даже достала зажигалку и прогрела пустой участок. Ничего. Адамс сложила послание и бросила обратно на стол.

– Видимо, нам дают походить вокруг да около.

– Похоже, что так, – сказал Александр. Он взял один из фруктов, маленькую, светло-зелёную грушу с бледно-розовым пятнышком, и понюхал. Груши Комис, – заключил он. – Очень мило. В это время года их почти невозможно достать.

Адамс покачала головой. – Не люблю, когда меня заставляют ждать.

Александр пожал плечами. – Что есть то есть. Не похоже, что у нас есть выбор.

– Соглашусь. – Адамс вздохнула. Она провела пальцем по отполированной до блеска мраморной каминной полке, снова взглянула на люстру, и затем криво улыбнулась Александру. – Ну, раз уж мы среди всей этой роскоши, надо выжать из неё всё. Что там на обед?


Обед, поданный в ресторане, состоял из филе миньон сухой выдержки (средней прожарки, с белым трюфельным соусом) для Адамс и жареного ягнёнка (на гарнир летние овощи гриль) для Александра. Александр был слегка разочарован: приготовлено, определённо, грамотно и букет ароматов правильный, но всё же блюдо рядом не стояло с высокими стандартами ресторана отеля Маршалл и Картер.

Адамс, напротив, была на вершине блаженства. – Прямо тает под ножом! – Счастливо проворковала Адамс, нарезая очередной кусочек. – Не мясо, а масло.

– Определённо на уровень выше столовых Фонда, – признал Александр.

– Не то что бы Флеймс и его команда не выкладываются на полную, но у них бюджет не тот, что здесь, – согласилась Адамс. Она отпила вина: Каберне, рекомендованное метрдотелем (винтаж, который лично Александр находил слегка вычурным для употребления с красным мясом). – Чёрт, отличное, – сказала Адамс, поспешно добавив, – постоянно этим питаться я бы не стала, но иногда побаловать себя можно.

Пока Александр доедал остатки обеда, Адамс добила свой и удовлетворённо вздохнула, проглотив последний кусочек. Будто по команде (возможно, потому что так и было), пара бесшумных официанток появились из ниоткуда и забрали их пустые тарелки. Вскоре после этого к столу было подано хрустальное блюдо с десертом замысловатой формы, покрытым лёгкой пудрой из чистого золота.

– Угощение от шеф-повара, – торжественно произнёс официант, после чего удалился.

Адамс съела кусочек десерта, закрыла глаза и издала стон. – О боже мой, если бы этот десерт был живой, я бы выебала его здесь и сейчас.

Александра передёрнуло. – Прошу, следи за языком, – сказал он. – Это респектабельное заведение.

– Ага! – Адамс расплылась в улыбке, откусив ещё один кусочек до неприличия прекрасного десерта. – Я знала, что за этим непримечательным лицом скрывается что-то человеческое.

– Непримечательным? – спросил Александр.

– Может не… непримечательным. Возможно, сдержанным. Такая внешняя маска, под которой существует истинная личность. – Адамс провела ложкой по внешнему краю блюда и осторожно лизнула собранный шоколадный соус. – Ну знаешь, из маленьких людей. МКиД не очень-то поощряют избыток индивидуальности в своих сотрудниках, – сказала Адамс.

– Наши клиенты предпочитают жить частной жизнью, вдали от волнений и тревог, – ответил Александр. – Я бы сказал, что у вашей организации противоположная проблема.

– Думаешь, мы чересчур поощряем индивидуальность?

– Достаточно вспомнить ваших «Четырёх Всадников», чтобы понять, что в Фонде о ней думают, – весомо сказал Александр.

– Туше. – Адамс соскребла остатки шоколадного соуса с блюда и счастливо вздохнула. – Очень вкусно. Интересно, чем тут ещё можно заняться?


Разумеется, она взяла с собой купальник. И разумеется, это были чёрные бикини.

Александр сидел на лежаке у бассейна на страже, пока Адамс медленно, лениво наматывала круги по пустому бассейну. В этот час почти никого не было: за исключением пары гостей в горячем джакузи он и Адамс были тут одни.

Посреди очередного круга Адамс подплыла к бортику. – Не пловец? – спросила она.

– Я не фанат купаний, – ответил Александр. – Хлор плохо на меня влияет.

– Хм. Никогда об этом не думала. – Сказала Адамс. – Средства против водорослей плохо действуют на твои лёгкие?

– Убить не убьёт, но будет очень неприятно, – отрывисто сказал Александр. Он не был удивлён тому, что эта женщина знала о матрице на основе особого сорта мха, заменившей ему альвеолы. Адамс была очень хорошо информирована.

– Каково это? – спросила Адамс. – Иметь столько имплантов в теле?

– По ощущениям, не сильно отличается от того, что было раньше, – подумав, сказал Александр – Что-то проще. Что-то сложнее. Надо лишь помнить, что внутри ты тот же, что прежде.

– Думаю, это палка о двух концах. – Адамс взялась за лестницу и поднялась из бассейна, блестящая и мокрая, волосы цвета красного дерева прилипли к шее и спине. – Зависит от того, нравится ли тебе тот, кем ты был прежде, или нет.

– Не имеет значения, нравится мне или нет. Что есть, то есть.

Адамс потянулась, вытянув руки над головой. – Я пойду окунусь в джакузи.

Александр поморщился.


– Так чем ты, говоришь, зарабатываешь на жизнь? – спросил седой мужчина. Одной рукой он обнимал за плечи молодую энергичную блондинку, возрастом годящуюся ему в дочери, которая не поднимала глаз от смартфона в чехле, украшенном драгоценностями. Купальников ни на нём, ни на ней не было.

Александр не смотрел на них, вместо этого сканируя взглядом двери и балконы на предмет угроз.

– Я младший исполнительный директор международной фирмы, специализирующейся на безопасности и операциях с недвижимостью, – ответила Адамс. Она предпочла остаться в бикини и сидела на краю джакузи, опустив ноги в бурлящую горячую воду.

– Интересно, – сказал мужчина. Он пялился на едва прикрытое тело Адамс, как волк на свежий стейк. (Девушка была целиком поглощена Candy Crush Saga). – У моей компании есть дела в этой сфере. Мы могли уже поработать вместе, мисс…?

Симмонс, – ответила Адамс. – Вероника Симмонс. И я сомневаюсь в этом. Шанхай Консьюмер Продактс1 не имеет интересов на американском рынке.

– Шанхай, а? – мужчина ухватился за соломинку. – Знаете, я подумываю расширяться на китайский рынок. Может, мы как-нибудь договоримся?

– У меня нет полномочий для ведения переговоров, – миролюбиво ответила Адамс. – Но если вы дадите мне визитку, я могу передать её руководству…

– Думаю, будет гораздо весомее, если вы предоставите что-то уже проработанное и подготовленное им на подпись, – сказал мужчина, улыбаясь. – Это продемонстрирует вашу инициативу. Может, даже откроет карьерный путь на ступень выше младшего исполнительного директора.

– Ммм, – промычала Адамс. Её улыбка показывала слишком много зубов, чтобы быть дружелюбной. – Моему начальству нравится когда проявляют… инициативу…

– Почему бы нам не подняться в мой номер? Мы можем поговорить за бокалом шампанского… или, если предпочитаете, чего-то покрепче…

Александр резко дёрнулся. Он присмотрелся к мужчине в джакузи, встрепенулся и дважды кашлянул. Адамс повернула голову, удивлённо на него посмотрела и приятно улыбнулась седому мужчине извиняющейся улыбкой. – К сожалению, мне пора, – сказала она. – Завтра рано утром встреча с клиентом, и как бы важно это ни было, с утра мне надо быть отдохнувшей.

– Мы ненадолго, – мужчина обезоруживающе улыбался. Его рука железной хваткой сомкнулась на талии юной спутницы, которая издала писк возмущения. – Не дольше получаса…

– Доброй ночи, сэр, – сказала Адамс, продолжая улыбаться. Она встала и обернулась в пушистый белый халат, который Александр держал для неё.

– Может, завтра вечером!? – воззвал мужчина. – Я могу вас угостить…

Адамс решительно махнула ему рукой, пока Александр вёл её обратно в отель. – Что это вообще было? – спросила она, как только они вошли в лобби. – “Неизбежная опасность, немедленно возвращаться”?

– Я вспомнил, где видел этого человека. – Александр говорил тихо. – Это Ричард ЛаФонтейн, бывший клиент. Его хобби – молодые девушки, наркотики и незаметная обработка молодых девушек наркотиками.

Адамс застыла. – Вот дерьмо.

– Именно, – согласился Александр. - Лучше с ним на ночь не выпивать.

Адамс оглянулась через плечо. Через тонированное стекло было видно, как седой мужчина вырвал смартфон из рук блондинки и бросил его в джакузи. Она возмущённо закричала, началась громкая ссора. – Знаешь, – холодно заметила Адамс, – может, мне и стоит принять его приглашение. Подменить бокалы и посмотреть, как такое ему понравится.

– Не сработает. Он травит бутылку целиком. – Лицо Александра помрачнело. – Он также потратил много денег и времени на полную иммунизацию организма к самым сильным снотворным.

– Иисус на сраной перекладине! Почему этот говнюк ещё не за решёткой?

– Большие деньги помогают с большими трудностями.

Адамс сжала руки в кулаки. – Теперь я думаю, что надо бы ему устроить досадный несчастный случай: падение с балкона, или утопление в джакузи…

– Не говори таких вещей, – прервал Александр. - Даже не думай об этом здесь, если не хочешь стать лотом благотворительного аукциона.

– Благотворительного аукциона?

– Традиционное наказание МКиД за нанесение ущерба другим гостям на их территории. Они продают обидчика одному из нескольких… специалистов… посредством негласного аукциона. Если повезёт, ты достанешься Инквизитору или Мяснику. Если же тебе очень, очень не повезёт – Вору Личности.

– Он украдёт твой номер кредитки?

– И твоё лицо… твой разум… твоё прошлое… твою семью… твоих друзей. А после перепродаст кому угодно, кто захочет жить твоей жизнью и может позволить себе его расценки.

– Иисусе, – прошептала Адамс.

Александр пожал плечами. – Вырученные средства пойдут потерпевшему или его семье. Снижение сопутствующих затрат.

– Но погоди, – воскликнула Адамс. – Если он накачал меня наркотой на территории МКиД, тогда его тоже продадут на аукционе?

– Если удастся доказать, что тебя накачали против твоей воли. Твоё слово против его? Одной женщине это удалось. – Александр пропустил Адамс вперёд в лифт. – Друзья ЛаФонтейна скинулись и перекупили его. Отправили его Куртизанке. Он отделался десятью ударами хлыста.

– Сукин сын, – кисло сказала Адамс.

– Что есть, то есть, – ответил Александр.

Двери лифта закрылись.


Они вернулись в номер, и Адамс удалилась в душ. Александр воспользовался моментом, чтобы позвонить домой.

На звонок ответили после третьего гудка. Голос маленькой девочки ответил, – Алло?

– Привет, Люсилла, – сказал Александр. – Это папочка.

– Привет, папочка. Как ты? – спросила Люсилла.

– Я хорошо. Как прошёл твой день?

– День был хороший. Гусеницы в школе превратились в бабочек. Бабочек-репейниц. Они красивые…

– И правда красивые. Угадай, чем папочка сегодня занимался?

– Я не знаю. Стрелял в кого-то?

Александр нахмурился. – Почему ты думаешь, что я стреляю в людей, Люсилла?

– Я рассказала мальчику в школе что ты охранник в большой компании и он сказал что охранники стреляют в людей, типа шокерами и всем таким.

– Шокерами?

– Ага. Это маленькие пластмассовые пистолеты которые стреляют искрами и такие “БЗЗ!” и колят людей током.

Александр посмотрел на свои перчатки, лежавшие на соседнем столе. – Люсилла, у меня нет такого оружия.

– У тебя нет шокера? Но что если на тебя нападут?

Взгляд Александра теперь упал на два заряженных пистолета, лежавших прямо рядом с перчатками. – …Я просто буду их бить. Очень сильно.

– О. Это хорошо.

– Чем ты ещё занималась? – спросил Александр. Он продолжил поддакивать, пока его дочь болтала про свой день. Так он провисел на телефоне ещё полчаса, рассказав дочери сказку о Бабе Яге и её избушке на курьих ножках, и наконец закончил серией мягких чмоков в трубку и обещанием привезти из поездки сувенир. В конце концов, он завершил звонок, удовлетворённо вздохнул и заблокировал экран смартфона.

– Как часто тебе приходится лгать дочери?

Он поднял взгляд и обнаружил Адамс, облокотившуюся на мини-бар и покусывающую клубничку. Сколько она там уже стояла, Александр не знал. – Я не солгал во время разговора, – сказал он. – У меня нет шокера. Я предпочитаю бить, а не стрелять. Всё, что я сказал, правда. – Он сунул смартфон в карман и присоединился к Адамс у мини-бара. – Как часто ты лжёшь своим детям?

– У меня их нет, – ответила Адамс. – Никогда не было времени. Или не нашла правильного отца. Или ещё чего-то. – Она бросила плодоножку в мусорку и взяла из фруктовой корзины грушу. – Лишь однажды я слышала о женщине, которой удавалось увязывать нашу работу и семью, и в конце концов, она предпочла второе.

– Кто это был?

– Агата Райтс. Я её не знала. Она была в Фонде до меня. – Адамс срезала тоненький ломтик груши и съела его прямо с лезвия ножа. – Ты прав. Это офигенно хороший фрукт. Интересно, позволят взять немного домой для ребят?

– Уверен, консьерж подготовит тебе корзинку в подарок, если изъявишь желание.

– Хех. Никогда бы не подумала. Я нечасто останавливаюсь в местах, где есть консьерж, – призналась Адамс.

– Это видно. Скорее всего, именно поэтому мистер ЛаФонтейн заинтересовался тобой. Есть в тебе… наивьете2… которая выдаёт в тебе чужака. Человека, который не вращается в этих социальных кругах.

– Не могу сказать, что выросла с серебряной ложкой во рту. – Адамс насупилась. – На самом деле, я не могу рассказать о своем детстве вообще ничего. Ничего не помню до моего первого дня в Фонде.

– Это необычно?

– В этом нет ничего неслыханного. Обычно так бывает, когда что-то из прошлого мешает вопросам безопасности. – Адамс пожала плечами. – Что бы там ни было, я всё равно выбрала Фонд. Возможно, оно мне было не так уж важно.

– Ты никогда не интересовалась? Каким человеком ты раньше была?

Адамс снова пожала плечами, взяла новый кусочек груши и вытерла сок с подбородка. – Хватит с меня волнений о том, что я за человек здесь и сейчас, – решительно сказала она. – Как насчёт тебя? Какие-либо сожаления о прошлом?

Александр вспомнил о зимней хижине полной крови, пропитанной запахом страха, вспомнил об улыбающемся человеке с дробовиком и о чёрствой, невероятно старой женщине в медвежьих мехах. Он вспомнил запах пороха, первый крик его дочери и последний вдох его жены. – Прошлое… что есть, то есть, – заключил он.

– Прямо в точку.

Несколько мгновений они вместе обдумывали этот факт.


Александр проснулся до рассвета. Принял душ. Надел костюм. Убедился, что перчатки включены и заряжены. Сунул PAVISE3 во внутренний карман пиджака. Убедился, что пистолет заряжен, а два дополнительных магазина на месте. Приготовился встречать день лицом к лицу.

Гостиничная служба уже подала завтрак в номер: Адамс поглощала омлет с ароматными травами с таким же энтузиазмом, с каким и вчерашнее филе миньон. Его же тарелка была ещё накрыта серебряным колпаком: он снял колпак и вдохнул восхитительный аромат свежих блинов. Он добавил немного масла и кленового сиропа и смаковал первый кусочек.

– Наш контакт прислал послание с завтраком, – сказала Адамс. – Мы встретимся через час в Императорском Люксе. – Она откусила от омлета ещё кусочек. – Похоже, ночью произошло что-то новенькое. Условия переговоров могли измениться.

– Это усложнит нам задание? – спросил Александр.

– Ненамного. – Адамс вытерла тостом последние кусочки омлета с тарелки, счастливо вздохнула и встала из-за стола. – Мне надо одеться, – сказала она. – Не торопись.

Она удалилась в свою спальню, пока Александр наслаждался завтраком. Он закончил трапезу и расслаблялся с чашкой кофе, когда Андреа снова вышла, одетая в серый деловой костюм и…

Александр медленно опустил чашку кофе на стол. Руки Адамс были покрыты гладкими чёрными перчатками, её “носки” были из того же материала. Он даже проглядывал через расстёгнутый воротник блузки, прикрывая шею до самой челюсти. - Это тот самый боевой костюм? - спросил он.

– Да, – ответила Адамс. – Я не буду надевать шлем, но было бы глупо пойти туда безо всякой защиты…

Александр поднял руку, прервав её. – Я хочу внести предложение…


Когда консьерж пришёл проводить их на встречу, он застал их сидящими вдвоём на диване. Мужчину в безупречном костюме с галстуком охотничье-зелёного цвета и женщину, одетую в гладкий чёрный обтягивающий костюм с красным кантом, чья голова была целиком скрыта под совершенно ровным зеркально-чёрным шлемом.

Консьерж остановился. Его брови поползли вверх, а нижняя челюсть вниз. Он испытывал затруднения в интерпретации того, что видел. Его отрепетированные слова застыли на раскрытых губах.

Женщина встала. На ногах у неё были чёрные туфли-лодочки на высоком каблуке. Они громко цокали по полу, пока она подходила к консьержу. Он сглотнул, глядя в своё искривлённое отражение в абсолютно ровном, лишённом любых черт, зеркально-чёрном шлеме. – Уже пора? – спросил женский голос, холодный и металлический.

– Мистер… – консьерж нервно облизнул губы, вытянулся по струнке, призвал всё своё самообладание и улыбнулся. – Вас ожидают. Прошу, мадам, не проследуете ли вы за мной?

Женщина кивнула головой, или точнее сказать, шлемом. Мужчина встал, держа в руках жёсткий кейс на замке, и проследовал за ними в коридор.


Они поймали на себе немало взглядов, пересекая лобби. Адамс видела Ричарда ЛаФонтейна в одиночестве в одном из ресторанов, наслаждающегося стейком с яичницей. Седой мужчина уставился на них с раскрытым ртом. Его вилка выпала из застывших пальцев и со звоном поскакала по полу.

Скрытое маской лицо Адамс расплылось в мрачной улыбке, достойной её руководителя.

Они вошли в лифт. Консьерж вызвал скрытую панель и нажал на кнопку, которая тотчас загорелась, и продолжал удерживать её, пока огонёк рядом с ней не сменил янтарный цвет на зелёный. – Сканер отпечатков пальцев? – спросила Андреа.

– Да, мэм, – нервно ответил консьерж. – А также датчик сердцебиения, чтобы предотвратить неавторизованное использование… отсечённых частей тела.

– Что произойдёт, если неавторизованное лицо попробует нажать сюда? – спросила Адамс.

– Лифт будет полностью заблокирован, а через вентиляцию будет распылён усыпляющий газ, - ответил консьерж. - В большинстве случаев нарушителя затем допрашивают, стирают недавнюю память и отпускают. В остальных случаях… – Он чересчур активно пожал плечами и улыбнулся извиняющейся улыбкой.

Адамс кивнула. Консьерж нервно кашлянул, барабаня пальцами по боку ремня штанов. Он продолжал поглядывать на них в зеркальную поверхность дверей лифта. Адамс развлекалась, стоя совершенно неподвижно, что, видимо, только увеличивало его нервное напряжение.

Она видела, что Александр отвернулся, делая вид, что смотрит на часы. Она поняла, что он улыбался.

Двери лифта раскрылись. За ними оказался номер, украшенный ещё более роскошно, чем тот, где они провели ночь. Двое в безупречно сидящих костюмах стояли по стойке смирно.

– Андреа С. Адамс, – произнесла она из-под шлема. – У меня встреча на десять часов.

Охранники молча кивнули, казалось, совершенно не смущённые её внешним видом.

Из номера раздался низкий, сухой смех. – Браво, – раздался тот же низкий, глубокий голос. – Вы определённо знаете, как произвести первое впечатление.

Адамс повернулась на источник голоса. Их было двое: два невероятно старых джентльмена, один беззубый, но с яркими, светящимися глазами, другой с безупречной голливудской улыбкой, но его глаза были стеклянно-мертвы.

– Мисс Адамс, – сказал высокий, улыбающийся. – Я Джереми Маршалл. Это мой партнёр, Томас Картер. Наш третий партнёр, мистер Дарк, передаёт свои извинения, что не смог сегодня быть с нами.


Александр хотел бежать. Развернуться и уходить. Просто рвануть и бежать так быстро, как только мог, лишь бы унести ноги из этой комнаты.

Джереми Маршалл был мёртв. Все это знали. Все знали, что он умер десятилетия назад и передал долю в компании своим наследникам. Но вот он здесь, высокий, улыбающийся и очень даже живой, совершенно как на увядших фотографиях, висящих в каждом корпоративном офисе МКиД.

А Томас Картер… все знали что он жив. Но члены корпорации знали, почему и каким образом. Одного этого было достаточно, чтобы не испытывать никакого желания находиться в одной комнате с этим человеком.

Он посмотрел на Адамс. Если бы она дёрнулась или любым иным образом изъявила желание бежать, он бы присоединился не раздумывая. Его руки уже направились в сторону пистолета: бесполезный жест, учитывая пристальное внимание охраны: его пристрелят в секунды, и даже бронированный костюм не защитит его от выстрела в голову…

Адамс выпрямила спину. Наклонила голову в шлеме. Протянула руку грациозно и с апломбом. – Андреа С. Адамс, – сказала она. – Очарована.

Маршалл пожал её. Картер поцеловал тыльную сторону перчатки, как герой второсортного романа. Александр выдохнул и примостил руку у себя на боку.

Джереми Маршалл жестом указал на кресло напротив него и Картера. – Я бы предложил вам чай и освежающие напитки, – сказал он, – но полагаю, в данных обстоятельствах это было бы… неуместно.

– Совершенно верно, – сказала Адамс. Она села, закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку кресла: поза, которую Александр интерпретировал как “наигранная беспечность”. – Приступим к делу?

– Похоже, таков ваш модус операнди4, – сказал Маршалл. – Объект у вас?

Адамс указала рукой на Александра, который положил свой кейс на кофейный столик. Адамс немного повозилась с замками, после чего раскрыла защёлки. Она аккуратно достала изящную фарфоровую тарелку с золотыми и платиновыми инкрустациями, края которой были усыпаны ровной цепочкой четверть-каратных бриллиантов.

Охранник в белых перчатках взял у неё тарелку и передал Картеру, который внимательно изучил изделие ювелирной лупой, а затем положил её на кофейный столик и щёлкнул пальцами. Спустя мгновение молодая женщина принесла серебряное блюдо с пятью сырыми сосисками. Она аккуратно поставила блюдо на фарфоровую тарелку с бриллиантовым поясом.

Вместо сосисок, теперь на серебряном блюде лежали пять отрубленных человеческих пальцев.

– Ваш Фонд преуспел во многом, – сказал Маршалл, – но в чём они никогда не были хороши, так это этикет. Подавать еду прямо на сервировочной тарелке? Какое невежество.

– У нас есть более важные занятия, чем раздумья над выбором вилки для салата, – сказала Адамс.

– Короткие зубцы, расположена слева от обычной столовой вилки, – поучительно сказал Маршалл. - Универсальное правило: начинать снаружи, двигаться внутрь.

– Хм. – Адамс слегка наклонила голову в знак признательности.

– Этот кейс, – гавкнул Картер. – Он недостаточно велик, чтобы вместить весь сервиз.

– Здесь комплект на восемь персон, – сказала Адамс. – Более чем достаточно для уютных обедов в близком кругу. Остальное мы придержим.

– Хмпф, – издевательски хохотнул Картер. – Может, нам следует сделать то же самое с информацией, которую мы с таким трудом раздобыли…

– Томас? – вклинился Маршалл. – С позволения леди, может тебе стоит инвентаризировать товар? В соседней комнате.

Картер фыркнул, но дал знак охраннику, который, посмотрев на Адамс, поднял кейс и унёс на кухню. Двери за ними закрылись, и Александр и Адамс остались наедине с Джереми Маршаллом (и, разумеется, несколькими незаметными охранниками). – Прошу прощения, – сказал Маршалл. – Томас дорогой друг, и ни у кого нет лучшего делового чутья, но когда доходит до отношений с клиентами… – Он развёл руками и усмехнулся с обезоруживающей улыбкой воспитателя детского сада.

– Мне знаком типаж, – сказала Адамс. – Так уж выходит, что я сама не фанат ходить вокруг да около. Так что давайте на чистоту.

– Очень хорошо, – посерьёзнел Маршалл, – переходим прямо к делу. – Он наклонился вперёд, и его улыбка окончательно испарилась. – Кто-то навредил нам. Они навредили нашим клиентам. Но более того, они навредили нашей репутации. Этого я допустить не могу. Мы потратили немало ресурсов, пытаясь разыскать людей, которые дерзнули совершить это варварское нападение на детей наших клиентов, и мы полагаем, что у нас есть имя… которое, я уверен, вам уже доводилось слышать.

– Выкладывай уже, – сказала Адамс. – Я не могу ждать весь день.

– Генерал Улисс Боу, – проговорил Маршалл.

Александр заметил, как Адамс шелохнулась. – Повторите.

– Генерал Улисс Боу. Бывший глава Комиссии Боу Соединённых Штатов. Бывший благодетель Фонда, инициатор его оригинальной программы вооружения.

– Генерал Боу мёртв, – сказала Адамс. – Он умер девять лет назад. Ему голову отрезал…

– Да, прервал Маршалл. – Но неспроста говорят, что человек лишь тогда умирает по-настоящему, когда о нём забывают. Существуют те, кто помнит генерала Боу, помнят его мечту, и затаили глубокую обиду на тех, кто принёс ему смерть. – Он улыбнулся, и эта улыбка была сродни блеску ножа в тёмной подворотне. – Или вы считали, что тот факт, что первая атака была именно на вашу Зону – совпадение?

Адамс не отвечала. Джереми Маршалл положил покрытую золотом USB-флешку на кофейный столик. – Здесь вы найдёте всю информацию, которую мы сумели раздобыть на наследников генерала Боу, - сказал он. – Мы просим вас лишь об одном: когда вы найдёте преступников и настанет время расплаты за их злодеяния, позвольте и нам получить свой кусок.

Адамс продолжала сидеть. Александр воспользовался этим, чтобы подобрать устройство, понюхать, и тщательно изучить на ловушки и жучки. Ничего не обнаружив, он положил флешку во внутренний карман пиджака. – Что-нибудь ещё? – спросила Адамс.

– Ничего такого, что сейчас приходит на ум, – сказал Маршалл. – Вы, разумеется, приглашаетесь остаться ещё на ночь за счёт заведения. Это наименьшая любезность, которую мы можем вам оказать, учитывая оказанную вами помощь.

– Ваше предложение… щедрое, – сказала Адамс, – но учитывая новые сведения, мы отправляемся домой немедленно.

– Как пожелаете, – мирно сказал Маршалл. – О, и последнее. Есть ещё кое-что, личного характера. – Он кивнул охраннику, стоявшему за его спиной. Лысый охранник подошёл и положил на кофейный столик серебряный кейс.

Маршалл открыл защёлки и поднял крышку, явив взгляду двенадцать девятимиллиметровых патронов, выложенных на пурпурном бархате. – Двое моих пра-пра-правнуков стали жертвами этого нападения. Я не питаю иллюзий относительно того, выпадет ли мне шанс лично утолить жажду мести, так горящую во мне. В связи с чем я приготовил для вас этот подарок.

Адамс достала из кейса один из патронов. Гильза была покрыта золотом с гравировкой логотипа Маршалл, Картер и Дарк. Пуля переливалась странным, болезненным блеском и, казалось, гудела в низком, ровном ритме. – Используйте их, – сказал Маршалл, – и я гарантирую, что ваши враги умрут и их страдания будут ужасны.

Он снова улыбнулся, и эта улыбка была хуже всех остальных.


Спустя три часа Андреа и Александр сидели на борту чартерного рейса Скайлайн E-Джет, направляясь домой.

Адамс смотрела в иллюминатор, открывая и закрывая крышку золотой USB-флешки, сдвинув брови и размышляя. Александр потягивал Кровавую Мэри и терпеливо ждал. Людей с таким выражением лица нельзя отвлекать от размышлений.

После долгих раздумий, Адамс приложила свой паспорт к POS-терминалу, встроенному в подлокотник кресла. На экране в спинке впередистоящего сиденья всплыло окошко, не имеющее ничего общего с показом кино или вызовом стюардессы. Несколько нажатий и секунд ожидания спустя в окошке появилось изображение человека в дешёвом костюме. Его лицо было скрыто за хаотично меняющейся россыпью случайных изображений. – Клеф, – представился человек. – Говори, Адамс.

– Было горячо, и я не могу рассказать всё по связи, – сказала Адамс. – Но я думаю, вы правы: нам пора расширяться. Проблема куда глубже, чем мы думали.

– Лёрк и Бридж уже направляются сюда, – сообщил Клеф. – Что до остальных… держи ухо востро, я тоже буду. Примерное время прибытия?

– В четыре пополудни по местному, – ответила Адамс. – Мы отправимся в Зону прямо из аэропорта.

– Принято. Клеф, конец связи. – Изображение мигнуло и исчезло, на его месте застыл символ из двух концентричных окружностей и трёх стрелок, направленных внутрь.

– Александр, – спросила Адамс, – как, по-твоему, прошло задание?

Александр повёл плечами. – Мы получили то, что нам нужно, и вышли живыми. Это всё, на что можно надеяться.

– Тебе не жаль, что никого не пришлось колотить? Или убивать?

Александр снова повёл плечами. – Если я не ошибаюсь в анализе ситуации, в ближайшем будущем этого нам хватит с избытком.

– Ты чертовски прав, – ответила Адамс. Её пальцы намертво вцепились в USB-флешку. – Ты охеренно прав насчёт этого.

Александр опустил напиток. – Тебя беспокоит что-то?

– Просто думаю о справедливости. И деньгах. И о пересечении между ними. – Она откинулась в кресле и уставилась в потолок. – О том, что один богатый ублюдок расхаживает на свободе, подсовывая наркоту девушкам в бокалы, и даже не получает шлепка по ладони, а другой богатый ублюдок буквально избивает тех, кто причинил ему зло. И всё это кажется им нормой.

Александр медленно, задумчиво кивнул. – Знаешь, – сказал он, – когда я впервые узнал, что ты будешь вести эту операцию, я был… не в восторге.

Адамс усмехнулась. – Потому что я женщина, следующая прямо в логово патриархата?

– Потому что ты чужак, попавший в мир, которого не понимаешь. – Александр сжал губы. – Я не имею ввиду, что ты вела себя не так профессионально, как могла бы, но как я уже сказал: мы получили то, за чем пришли, и ушли живыми. – Он допил свой напиток и поставил бокал на откидной столик. – А это лучшее, на что мы могли надеяться.

– Думаю, это так, – сказала Адамс. – Я всё ещё хотела бы сделать чуточку больше.

Александр с пониманием кивнул. – Что есть, то есть.

Самолёт летел дальше.


Расшифровка перехваченного сообщения, источник неизвестен

ОТ: "Натан Хейл"
КОМУ: "ЛаФайетт"
ТЕМА: ХОЧЕШЬ УВЕЛИЧИТЬ ЧЛЕН? ЖМИ СЮДА ЧТОБЫ УЗНАТЬ БОЛЬШЕ!


[ИЗОБРАЖЕНИЕ УДАЛЕНО]



2АГТ ФSCP МКИД НЗВН СБЩН ВЗМЖ КООП ИДНТ СЕКР ОЖДТ АПТД
Чтобы Отписаться От Этой Рассылки, Пожалуйста, Ответьте Словом “Отписаться” В Теме Письма

Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License