Человек, боровшийся с "ненормальностью" в виде обездоленных людей, и не с помощью сумасшедших экспериментов и аномалий или "ОКОНЧАТЕЛЬНОГО РЕШЕНИЯ" этого "ВОПРОСА", а через воровство у Фонда.
Оторванная голова напарника влетела в руки Джереми, опрокинув его на землю. От взрыва в глазах померкло, уши заложило. Так и держась за голову, стоная от боли, Джереми попытался сесть. Помещение заполонила пыль. Он закашлял и, придя в себя, отбросил в сторону обугленный череп.
— Сигил… сигил свернулся!
— Оно и так… понятно. Где "Бета"?
Джереми поднялся на ноги, осматривая свою испачканную кровью одежду и чёрное пятно на полу, едва видимое на месте сигила.
— "Бета" двухсотый.
— Что?..
"Гамма" держался за голову. По щекам бежала кровь. Ноги "Эпсилон" появились из оседающей пыли — она лежала плашмя на полу, раскинув в сторону руки.
— "Дельта", повтори!
Джереми понял, что в первый раз не услышал собственный голос. Порычав, чистя горло, он повторил сказанное. В наушниках раздалось ругательство.
— Группа, статус?
Джереми увидел "Альфу", появившегося из тумана. Командир группы нацелил свою "Беретту" на агента "Дельта". Под маской, темноте подвала, его губы не двигались, но в наушниках дублировался его голос.
— База, "Бета" двухсотый, ещё двое трёхсотых. "Блэкаут" стабилен, статус ранений неизвестен.
— Принято. Продолжайте осмотр. Если возможно, разоружите остальные сигилы без ущерба группе.
Джереми хотел усмехнуться, но остановила боль в груди после удара импровизированной шрапнели.
— База, статус трёхсотых не установле…
— Продолжайте осмотр. Отбой.
В тишине слышно, как хрипит "Эпсилон". "Гамма" прислонился к испачканной кровью стене, его рука заскользила на небольшом чёрном пятне мяса. Вскрикнув, он одернул руку и начал разглядывать свою ладонь.
— Джереми, смотри сюда.
"Альфа" медленно приближался к "Блэкауту", не собираясь убирать пистолет. На расстоянии семи-восьми метров он остановился. Его руки дрожали. "Альфа" тяжело дышал, и, хотя очки под налобным фонарем были черными, по ужимкам маски было видно, как он жмурится, пытаясь свести взгляд воедино.
— Ты… козёл. Ты следующим будешь разряжать сигил.
Джереми развел с трудом гнущимися руками.
— То есть, даже когда яхта Абрамовича заговорила с тобой, и приказала прыгнуть в колодец?..
— Заткнись.
Его руки задрожали ещё сильнее. "Альфа" был на пределе своих возможностей, но расстояние было все ещё слишком большим, чтобы надеяться достать его первым.
"Гамма" упал на колени и, опустив маску, начал кашлять.
— Коля, они ранены. Если я взорвусь, то заставят тебя, а их тут просто бросят.
— Я справлюсь. И выведу их. Но первым будешь ты.
"Альфа" будто держал кувалду за кончик рукояти. Пистолет клонило к земле, и только осознание собственной участи, наступающие страх и обречённость придавали ему сил.
— Вперёд, "Блэкаут".
Джереми облизнул губы. Ему было намного проще сконцентрироваться. Это был далеко не первый раз, когда он сталкивался лицом к лицу с драконом, плюющимся металлом и огнем. Возможно, настало время использовать туз в рукаве.
Буквальный туз, тонкое лезвие бритвы, появилось в его правой руке незаметно для "Альфы". Джереми повел левой рукой назад, и "Альфа" повел пистолетом следом.
— Дже!..
Бросок, выстрел, крошка сыпется со стены. Джереми вытянулся в струну, сократив расстояние уже на метр. Он двигался вправо, пока лезвие, не причиняя никакого вреда, ударило "Альфу" по очкам с его стороны слева.
Разбалансированный танец. "Альфа" наклонился назад правым плечом, Джереми делает шаг к его левому. Ноги скрещены, руки встречаются. Рука с пистолетом согнута в локте. Выстрел. Кулак опрокидывает голову "Альфы" к полу. Он падает. Ботинок прижимает его руку к земле. Второй возносится над ним.
Хрипя от напряжения, Джереми топчет лицо "Альфы", пока тот не отпускает пистолет. "Блэкаут", держась за живот, падает на пол, но хватает пистолет. Он целится в "Гамму", стоящего на коленях, смотря на происходящее, и выставив перед собой испачканные в крови и рвоте руки. Его грязное лицо покрыто разводами от слёз. Его влажные губы корчатся и дрожат в такт всхлипываниям.
В воображении Джеремм "Гамма" уже упал с простреленной головой на пол. В реальности, "Блэкаут" зажмурился, и, приподнявшись над полом, смотрит в потолок.
Одинокий, недолгий и болезненный крик.
Джереми корчится от боли в животе, и, ворочая плечами и бедрами, поворачивается к "Альфе". Командир отряда смотрит на него безучастно. Его лицо в крови, скулы и нос впали внутрь под ударами ботинка, губы красным месивос проступили через маску.
— Дже… ми. О… и… Прив… привут… за… ней…
"Блэкаут" жмёт на курок и в разбитых очках командира появляется очередная дыра.
Джереми переворачивается на спину и рычит от боли. Он не может понять, что происходит ниже груди. Ползет к стене и, опираясь на нее, скользя руками по сползающим на пол останкам, поднимается на ноги. Дыра в животе. Не понятно, есть ли дыра в спине.
Разгрузка. Пакет. Бинт. Расстегнул разгрузку, расстегнул куртку. Скинул на землю. Задрал футболку. Провел по спине рукой. Крови нет. Бинт. Бинт. Бинт. Шприц.
Вновь крик, на этот раз с ругательствами. В пакете не оказалось шприца с обезболивающим. Должно быть, украли на складе, а выдавали пакеты не лично, а командиру на руки.
Командиру.
Джереми, шатаясь, подходит к трупу и, достав из его разгрузки пакет с медикаментами, вынимает оттуда шприц. Внутри ещё шприц. И ещё. Пять шприцов, по числу отряда.
Джереми сполз по стенке, но нашел в себе силы не упасть на пол, лишь присесть. "Гамма" тихо скулил, уткнувшись лицом в испачканные руки. "Эпсилон" все ещё была без сознания.
— "Блэкаут"?
Джереми скривился, но ответил:
— Слушаю, База.
— Говорит не "база", говорит Олег.
— Здравствуйте… Здравствуйте, Владимир Олегович.
— У тебя ещё остались силы шутить?
— У меня сил на вас всех хватит.
— Похвально, а теперь очень внимательно слушай. База в курсе произошедшего, и боятся, что ты сбежишь. Не с пулей в животе. Выбирайся из здания и возьми с собой остальных. Все обмундирование оставьте на месте. Кровь утрите, как сможете…
— Боже, да мы стоять ни один не можем.
Старший аналитик физико-химической лаборатории, по совместительству агент отдела внутренней безопасности, не собирался останавливаться ради причитаний раненного.
— …Дальше выйдите на улицу Старшую Периловки, там постов пока не будет. Вас искать не станут ещё сутки. Сможете дойти до дома шестнадцать. Квартира восемь, первый подъезд. Там будут ждать. Скажу, что делать дальше. Отбой.
И снова тишина.