SCP Foundation

Аарон Хауэлл тихо сидел на своей кровати. Другой одиннадцатилетний мальчишка мог бы сейчас быть занят со своими игрушками постановкой эпичного космического сражения, но у него просто не было на это сил. Вечернее солнце показалось в его окне, и он посмотрел на игрушки, разбросанные по полу.

Нужно бы тебе прибрать этот беспорядок, — эхом прозвучал в его голове мамин голос.

Он молча поднялся на свою ногу и начал убирать игрушки. Наведя порядок, он правой рукой схватил фотографию с тумбочки и кое-как добрался до кровати.

На фотографии были его мама, его папа и он сам, стоявшие у входа в парк аттракционов. Он держал пластмассовую саблю в левой руке и коробку конфет в другой. Отец, на плечах которого он сидел, был в капитанской треуголке, с повязкой на глазу и с глуповатой улыбкой на пол-лица. Поверх светлых и вьющихся маминых волос была намотана красная бандана с черепом и скрещёнными костями. И такая же глупая улыбка от уха до уха. Аарон положил фотографию. Сделана она была почти два месяца назад.

Аарон посмотрел на себя в зеркало на двери шкафа. Его короткие коричневые волосы, обычно стоявшие торчком, теперь были прилизаны. Тяжёлый кусок марли закрывал левую глазницу. Слои бинтов окутывали культи ниже его левого предплечья и левого колена.

Автокатастрофа. Врачи в больнице сказали, что сделали всё возможное, чтобы при нём осталось как можно больше частей. Они сказали, что ему и папе повезло остаться в живых. Его папу извлекли из-под обломков невредимым. Но мама вытащила короткую спичку. Аарон протянул руку и бросил фотографию через комнату; рамка ударилась о зеркало с громким «клац!». Голоса в гостиной по соседству замолкли, раздался тяжёлый глухой стук шагов.

— Дружище? — услышал Аарон голос отца, медленно входившего в комнату. — Что случилось?

— Уходи... — пробормотал Аарон.

Его отец всё же вошёл, остановившись, чтобы забрать фотографию с пола и положить её обратно на его тумбочку, затем уселся на краю кровати. Аарон отодвинулся подальше от своего отца и сжался в комочек в углу. Он закрыл глаза и стал ждать, пока незваный гость уйдёт.

— К тебе посетительница, Аарон, — сказал мистер Хауэлл со вздохом. — Ты как? Может, всё же примешь её?

Аарон взглянул на отца и увидел, что тот смотрит в пол. Его глаза были красными и опухшими, и под ними были очень тёмные круги.

— Хорошо... — прошептал он.

Отец кивнул и повернулся к двери.

— Можете войти, миссис Балобан.

Аарон увидел, как из коридора входит старая женщина с большим чемоданом. Она была одета в тёмно-синий деловой костюм, и её седые волосы были завязаны в гульку. Кожа у неё была румяная, а мягкая улыбка напомнила ему его бабушку. Она медленно опустилась на колени, пока не оказалась на уровне его глаз, и положила свой чемодан на кровать рядом с ним.

— Привет, Аарон, — сказала она тёплым голосом. — Меня зовут миссис Балобан. Очень рада с тобой познакомиться.

Старуха протянула ему правую руку. Несколько мгновений Аарон молча смотрел на неё. В конце концов, его рука медленно протянулась вперёд и приняла рукопожатие.

— Вы подруга моей мамы? — спросил он.

Миссис Балобан с небольшим смешком покачала головой.

— К сожалению, нет, — ответила она. — Я работаю на человека по имени Андерсон. Твой дядя нанял моего босса, чтобы сделать тебе очень особенный подарок, Аарон. Сегодня я здесь, чтобы отдать его тебе. Хочешь посмотреть?

Аарон посмотрел на чемодан. Он склонил голову набок, пару секунд поразмыслив, что же там могло быть, затем легонько кивнул. Миссис Балобан поставила чемодан на пол, плавными движениями расстегнула все застёжки, откинула крышку и повернула его к Аарону с тёплой улыбкой. На пенной подкладке лежало что-то, напоминающее руку, ногу и глаз.

— Ухтышка...

Разинув рот, Аарон подполз к краю кровати, чтобы рассмотреть поближе. Все три объекта, похоже, были сделаны из какого-то пластика, суставы у руки и ноги были металлические. Нога и рука были покрыты какой-то белой тканью. Глаз выглядел идеально гладким.

— Это дядя Джеймс мне купил? — спросил Аарон, глядя на отца.

— Верно, дружище, — сказал мистер Хауэлл со слабой улыбкой. — Будешь как новенький.

Взгляд Аарона вернулся к лежавшим перед ним деталям. Его рот так и оставался открытым в течение ещё нескольких секунд, после чего из него вырвался писк: «Круто...»

— Мы можем поставить их прямо сейчас, если хочешь, Аарон, — ворковала миссис Балобан. — Ты хотел бы?

Аарон посмотрел на своего отца, тот ответил ему небольшим кивком.

— Да, пожалуйста!

— Ну тогда, — улыбнулась миссис Балобан, — давайте приступим.

Миссис Балобан растянула Аарона на кровати и осторожно сняла повязки с руки, глаза и ноги. Она положила на кровать пластмассовые детали, а затем обработала соответствующие части его тела чем-то жгучим.

— Поначалу будет очень, очень больно, Аарон, — предупредила миссис Балобан. — Боюсь, что без этого никак не обойтись. Тем не менее, оно продлится всего несколько минут. Я хочу, чтобы на это время ты закрыл правый глаз и думал о чём-то, что сделало бы тебя очень, очень счастливым. Можешь так сделать?

Аарон кивнул. Затем закрыл правый глаз и зажмурил так плотно, как только мог.

Он сидит на папиных плечах с пластмассовой пиратской саблей в одной руке и коробкой конфет в другой. На папу надета капитанская шляпа и наглазник. Мама жива, она в красной бандане с черепом и костями.

— Интеграция! — резко сказала миссис Балобан.

Затем он почувствовал, как тысячи крошечных раскалённых усиков заползают в его руку, ногу и глазницу. Они зарывались всё глубже и глубже, он оглушительно закричал. Он чувствовал, как они пробуравливаются через него, и с каждой секундой становилось всё больнее. Затем они перестали двигаться. Усики нагревались всё сильнее, Аарону показалось, что он сейчас загорится.

— Стойте! — закричал он, корчась на кровати. — Стойте! Стойте! Стойте! СТОЙТЕ!

В конце концов его голос оборвался, и Аарон потерял сознание.

— Несколько недель потребуется, чтобы он привык к новым частям, — строго говорила миссис Балобан отцу Аарона. — Эта белая ткань на новой ноге и руке специальным образом обработана, и примерно через месяц поверх неё должна вырасти нормальная кожа. К тому времени радужка его нового глаза должна измениться, чтобы идеально соответствовать его естественному цвету глаз. Ваш шурин специально просил, чтобы Аарон был обыкновенным человеком, насколько это возможно, после установки этих протезов, так что они запрограммированы, чтобы соответствовать способностям его естественных конечностей. Ни повышенной силы, ни рентгеновского зрения.

Миссис Балобан посмотрела на Аарона. Тяжело дыша, тот крепко спал на своей кровати.

— Будем надеяться, что продолжится это так же удачно, как началось, — продолжала миссис Балобан. — Андерсон обычно не интегрирует свои системы с биологическим материалом. Побочные эффекты, как говорится, исключать не стоит...

— Спасибо вам огромное, — перебил мистер Хауэлл, с энтузиазмом пожимая руку миссис Балобан. — Вы не представляете, что это будет значить для него.

— О, мистер Хауэлл, я думаю, что представляю, — сказала миссис Балобан, быстро убирая руку. — Но если кто-то заслуживает благодарности, то это ваш шурин. Как я понимаю, этот набор обошёлся ему в копеечку.

Мистер Хауэлл понимающе кивнул. Миссис Балобан вручила ему большой пакет документов.

— Пожалуйста, внимательно прочитайте эти документы, — сказала она. — Если у вас возникнут какие-либо вопросы, там есть инструкции о том, как связаться с моим работодателем. Не пытайтесь найти нас. Будет лучше, если мы сами к вам придём.

Не говоря больше ни слова, миссис Балобан вышла и скрылась в ночи.

Мистер Хауэлл снова сел на кровать Аарона и молча наблюдал, как поднимается и опускается его грудь. Через несколько минут он слегка пожал новую руку своего сына.

— Как новенький.

Прошло четыре месяца после интеграции. Аарон сидел один в темноте за кухонным столом, одетый в пижаму. Из его правого глаза лился непрерывный поток слёз. В правой руке он крепко сжимал окровавленный столовый нож и пилил им свой левый локоть.

— Уходи... — приговаривал Аарон, поскуливая от боли. — Уходи...

Аарон отрезал кусок плоти за куском, но белая ткань протеза быстро распространялась, занимая освободившееся место. Это заставляло Аарона пилить быстрее. Белая ткань, покрывавшая его руку, также ускоряла темп.

— Что, чёрт возьми... — услышал Аарон сонный голос мистера Хауэлла из коридора.

Щёлкнул выключатель на кухне. Отец Аарона протёр глаза, а затем заметил нож. Его рот приоткрылся, лицо мгновенно побелело.

— Иисус грёбаный Христос! — закричал папа, быстро пересёк кухню и вырвал нож из его руки. — Святое пекло, какого хрена ты делаешь?!

Только теперь его отец смог увидеть полный размер ущерба. То, что изначально было протезом ладони, теперь дошло до левого локтя. Новая нога теперь достигала середины бедра.  Левый глаз окружали  усики белой ткани. Аарон попытался вырваться, но его отец крепко держал его за плечи.

— Зачем? — спросил мистер Хауэлл.

— Отпусти меня! — во всё горло закричал Аарон. Он начал извиваться и бить отца в грудь. Хватка не ослабевала.

— Аарон, — кричал отец  между ударами. — Никуда я тебя не отпущу!

— Отпусти! — снова крикнул Аарон.

Он сильно укусил отца за предплечье. Отец закричал от боли и в ответ отвесил Аарону пощёчину в полную силу. В комнате повисло молчание.

— Мне очень, очень жаль, что я сделал это, дружище, —  мистер Хауэлл крепко обнял сына. — Но что, чёрт возьми, ты натворил? Зачем?

Аарон молчал, тихо уткнувшись лицом в папину грудь. Он почувствовал, как отец гладит его по голове. Сделал огромный вдох и затрясся в рыданиях.

— Я не могу больше носить эти вещи, папа! — сказал Аарон между рыданиями. — Пожалуйста, сними их! Они не мои!

— Что?

— Я их не чувствую как мои! Когда я ими двигаю или открываю левый глаз, я чувствую внутри себя эти усики. Я их не чувствую как мои! Это как много разбитых игрушек, склеенных в одну кучу, но я не могу их отделить друг от друга.

Аарон поднял левую руку.

— Я резал, резал, резал, но они становятся только больше! Папа, пожалуйста, сними их!

Аарон почувствовал, как его отец сжал его в объятиях и начал раскачиваться взад и вперед.

— Ох, дружище, - сказал он со вздохом. — Мы с этим разберёмся. Я прямо сейчас позвоню миссис Балобан. Будешь как новенький.

Мистер Хауэлл уселся в своём любимом кресле с телефоном в руке и набрал номер, который обнаружил в документах миссис Балобан. Телефон выдал несколько гудков, потом переключился на нечто, что звучало как старый телефонный модем. Затем наступила тишина.

— Мистер Хауэлл? — раздался голос миссис Балобан на том конце. — Чем я могу вам помочь?

— У нас проблема, миссис Балобан, — прошептал мистер Хауэлл.

— О... нет... В чём проблема?

— Аарон говорит, что постоянно чувствует внутри себя контакты протезов, — ответил мистер Хауэлл. — Это сводит его с ума. До того сводит, что я поймал его за тем, как он пытался отрезать себе руку. Что происходит с моим сыном? Что вы, чёрт возьми, с ним сделали?

Миссис Балобан несколько секунд молчала. Хауэлл услышал, как она бормочет: «О... боже...» себе под нос.

— Так что это? Что происходит?

— Мне жаль, мистер Хауэлл, — начала миссис Балобан, — но сознание вашего сына отторгает протезы.

— Что, чёрт возьми, это значит?

— Обычно после интеграции протез жёстко подключает себя к нервной системе, — пояснила миссис Балобан. — С этого момента сознание пользователя не может отличить протез от естественной конечности. В случае Аарона, однако, его сознание активно распознает эти детали как инородные тела.

— Так... вы можете это исправить?

Миссис Балобан снова замолчала.

— Мы не можем. Проблема не в технике. Проблема в Аароне.

— Иисусе, вы можете тогда их хотя бы удалить? — взмолился мистер Хауэлл.

— Боюсь, что нет, — вздохнула миссис Балобан. — Компоненты интегрированы в его нервную систему. Нет никакого способа физически удалить их, не причиняя значительного ущерба остальной части Аарона.

Мистер Хауэлл опустился глубже в кресло. Он держал телефон подальше от себя, закрыв глаза и делая всё, что мог, чтобы не сорваться. Он кашлянул и услышал шаги в коридоре. Даже не оборачиваясь, он понял, что это Аарон, скорее всего, заглядывает в комнату.

— Мистер Хауэлл? — окликнула его миссис Балобан. Её голос звучал слабым.

— Так что же теперь? — спросил мистер Хауэлл.

— Не всё так плохо, — ответила миссис Балобан. — По прошествии достаточного времени тело Аарона в итоге сможет синхронизироваться с новыми компонентами или...

Мистер Хауэлл сбросил звонок и уронил телефон на пол. Обхватил голову руками.

— Как новенький, папа?

Мистер Хауэлл почувствовал руку на своём плече. Он поднял голову и увидел Аарона, державшегося за него своим протезом. Мистер Хауэлл резко кивнул.

— Да, дружище, — сказал он. — Как новенький.