Черновик Reherent'a
Название Рейтинг +/- Обновлено
Глубже 2 +3, -1 20 Apr 2020 22:57
SCP-1393-RU - Тишь да гладь 32 +36, -4 16 Jul 2020 20:24
SCP-3007 - Мир двух художников 41 +42, -1 13 Jul 2020 15:32
SCP-3017 - Лицо, представляющее интерес 18 +18, -0 26 Oct 2019 15:35
SCP-3018 - Франция & Театр благих намерений 3 +3, -0 24 Mar 2020 08:57
SCP-3020 - Депрессия 16 +23, -7 21 Aug 2019 12:53
SCP-3027 - Грубый язык 11 +11, -0 25 May 2020 12:33
SCP-3031 - Подарок из будущего 12 +14, -2 08 Mar 2020 22:25
SCP-3034 - Номерная радиостанция 16 +16, -0 25 May 2020 12:40
SCP-3400 - Китовая инфекция 6 +7, -1 04 Feb 2020 23:04
SCP-4006 - #МассаЧТОЗДЕСЬ? 12 +14, -2 13 Apr 2020 22:05
SCP-4007 - Кагэмуша 23 +25, -2 24 Mar 2020 20:56
SCP-4010 - Попытка взглянуть на то, чего мы достигли 35 +43, -8 12 Jul 2019 15:50
SCP-4011 - Историю пишут победители 21 +21, -0 26 Apr 2020 21:01
SCP-4012 - Чем учить десять тысяч звезд как не танцевать 9 +11, -2 13 Jul 2020 13:55
SCP-4014 - Иллиций 9 +10, -1 31 Oct 2019 21:01
SCP-4019 - Анатомическая особенность -3 +2, -5 03 Jul 2020 22:06
SCP-4024 - Лужа в пустыне Гоби 15 +16, -1 03 Jul 2020 11:03
SCP-4057 - Спаси её 13 +14, -1 05 Dec 2019 07:04
SCP-4065 - Пре(красная) реальность -3 +17, -20 06 Nov 2019 21:42
SCP-4195 - Что посеял, то и пожинаешь 5 +5, -0 04 Feb 2020 23:10
SCP-4274 - Одинокий ангел 13 +15, -2 18 Jan 2020 10:13
SСP-4296 - Вуайерист 12 +13, -1 22 Apr 2020 08:27
SCP-4340 - Рано нам прощаться 6 +6, -0 25 Jan 2020 12:25
Перицентр - Уединённый калейдоскоп 9 +9, -0 04 May 2020 22:37
SCP-4488 - Талассофобия 6 +6, -0 07 Aug 2020 12:01
SCP-4500 - Особые условия содержания по Сократу 18 +19, -1 05 Mar 2020 19:31
SCP-4548 - Звезда, исполненная ненависти 10 +11, -1 25 Jul 2020 09:39
SCP-4636 - Сознаться, я должен сознаться. 8 +9, -1 01 Feb 2020 13:07
SCP-4729 - Красота, рожденная из боли 3 +6, -3 29 Nov 2019 15:50
ОУС-4807 - Колмогоровская сложность 10 +10, -0 20 Jan 2020 19:51
SCP-4818 - Мне нужен герой 4 +6, -2 05 Oct 2019 08:02
SCP-4931 - Свечной станок 4 +4, -0 30 May 2019 19:53
SCP-4975 - Время вышло 24 +26, -2 04 Aug 2020 11:20
SCP-5002 - Смерть на содержании 45 +45, -0 20 Apr 2020 23:21
SCP-5006 - Никому не верь 16 +16, -0 12 Jun 2020 12:57
SCP-5022 - Детские головы 2 +3, -1 16 Jul 2020 10:31
SCP-5031 - Очередной опасный монстр 76 +76, -0 25 May 2020 12:32
SCP-5055 - Пандора 5 +5, -0 03 Aug 2020 17:43
SCP-5057 - Секретный ингредиент — майонез -3 +0, -3 30 Jul 2020 11:26
SCP-5062 - Очищающая комната 4 +6, -2 23 Jun 2020 15:32
SCP-5066 - Попутчик 4 +5, -1 02 Jul 2020 09:33
SCP-5073 - Шоколад, взрывающийся во рту -2 +1, -3 26 Jul 2020 11:48
SCP-5088 - Пустой бассейн 4 +4, -0 27 Jun 2020 00:49
SCP-5095 - Нам надо обсудить О5-3 29 +30, -1 13 Jul 2020 09:43
SCP-5097 - Письмо об отставке 1 +6, -5 11 Jul 2020 17:57
SCP-5105 - Pulvis et Umbra Sumus 37 +42, -5 20 May 2020 22:25
SCP-5115 - Не от мира сего 5 +7, -2 30 May 2020 06:10
SCP-5145 - Я похоронил Солнце 19 +21, -2 07 Jul 2020 12:38
SCP-5149 - Джо, среди нас нет слепых. 1 +13, -12 30 May 2020 13:58
SCP-5190 - Как следы в метели -7 +4, -11 31 May 2020 21:20
SCP-5309 не должен существовать. 10 +15, -5 23 Jun 2020 18:11
SCP-5401 - Нечто 5 +7, -2 30 May 2020 13:55
SCP-5454 - Терратома -13 +6, -19 19 May 2020 10:19
SCP-5499 - Голод и холод -14 +11, -25 19 May 2020 10:20
SCP-5511 - Когда ты умрёшь, вспомнит ли кто тебя? -8 +7, -15 19 May 2020 10:20
SCP-5515 - Он что-то знает 2 +7, -5 06 Apr 2020 16:37
SCP-5617 - Иногда ответ таков: "Потому что иди ты на хер" -6 +2, -8 28 Jul 2020 17:15
SCP-5683 - Не желаете ли в гости? - Муху приглашал Паук 28 +29, -1 07 Jun 2020 20:03
SCP-𝕐 - Каннибалистическая математика 15 +21, -6 25 May 2020 23:55
SCP-5790 - ДАННЫЕ УСТРАНЕНЫ 22 +28, -6 18 Jul 2020 12:31
SCP-5800 - Пятые врата -3 +6, -9 27 Jun 2020 15:46
SCP-5856 - Социальное взаимодействие 18 +22, -4 03 May 2020 14:08
SCP-5908 - Пропавшие пули 4 +4, -0 07 Jul 2020 14:26
SCP-5983 - И всё метро взлетит на воздух 12 +32, -20 19 May 2020 10:23

















































































































SCP-5000-1.jpg

Она открыла шкатулку, а внутри…


SCP-5000-2-A-FINAL.jpg

Джошуа сжал ткань зубами. Каждое утро он держал в кипятке лоскуток, затем сушил его и пропитывал жиром съеденного завтрака. Целый день, каждую минуту, он жевал этот кусок ткани. Это сводило его с ума; одно жевание, никогда не глотая, но это помогало ему сохранить последние остатки разума.

Джошуа собрал свои пожитки и отправился вдоль мёртвого шоссе — кущи из опустелого транспорта и погнутых арматур. Каждую пройденную машину он окидывал беглым взглядом, но никогда не сбавлял шаг, никогда не тешил себя надеждой. Ему виднее. И потом, он пришёл сюда не за наживой. Он использовал шоссе по его прямому назначению — короткий путь к своей цели.

К горящему в окне свету.

Он увидел его на другом конце города два дня назад: одинокая сияющая клеточка на 24-м этаже многоэтажки, окруженной густой чащей из небоскрёбов. Даже сейчас, при свете дня, он пристально смотрел на неё. Она была как знакомое лицо, мелькающее в толпе. Она взывала к нему. Может… может быть…

— Умоляю!

Джошуа вздрогнул и обернулся. Он засмотрелся на окно и совершенно позабыл об окружающем мире. Его заметили. Они идут за ним.

Меж двух грузовиков появилось высокое, тощее подобие человека и ринулось к нему с вытянутыми руками.

— Умоляю! — завопило оно, — Больше не могу! Умоляю! Я так…

Прозвенел выстрел. По всему пустому городу раздалось эхо. В былое время можно было бы услышать шорох ветвей и шелест птичьих крыльев… но те, разумеется, уже давным-давно исчезли. Здесь и сейчас, существо сделало ещё три неуклюжих шага, все ещё протягивая одну из рук. Затем оно рухнуло на землю.

Джошуа не стал опускать пистолет. Он знал, что устроенный им грохот не останется незамеченным. Он проверил слепые зоны. И правда. Десятки запавших глаз уже следили за ним. Большинство сидели скрючившись, но один из них вышел на центр дороги. То, как они на него смотрели… они будто насмехались над Джошуа за устроенное им представление. Или же, то был умоляющий взгляд. Наверняка не скажешь; читать было уже нечего — от их лиц почти ничего не осталось. Джошуа задержал дыхание и ждал, как ляжет карта. Бросятся ли они к нему, либо же…

Нет, они ретировались, поочередно исчезая в ржавых обломках и бетонных трещинах. Тот, что стоял на дороге, ещё долго рассматривал Джошуа, после чего наконец-то последовал за остальными.

Джошуа выдохнул и подошёл к трупу. Одно попадание, прямо в шею — навылет. Метко. Повезло. От шеи у них мало что осталось — лишь тонкая куриная косточка, подпирающая голову. Этот не был исключением — впалые щёки, почерневшие зубы. Джошуа провёл острием мачете по ребрам существа; выпирающие кости обволакивала тонкая, омертвелая, словно рисовая бумага плоть. Мяса не осталось.

Тщётно.


Когда Джошуа добрёл до небоскрёба, солнце уже пряталось за горизонтом. Этаж за этажом он поднимался в полной тишине, зажимая под мышкой рюкзак. Он был лёгким. Слишком лёгким. Он тщательно перемалывал кусок ткани во рту, пресный и безвкусный. От этих действий его желудок сводило от боли, но у него не было выбора. Он не мог кончить как они. Это было самое важное. Он жевал так усердно, что его десны залились кровью.

Комната 2405.

Дверь была не заперта; даже не полностью закрыта. Стоило Джошуа ступить за порог номера, как ему вспомнились все прочие дома, где он успел побывать — полки пусты, шкафы сломаны, воздух наполнен пылью, веяло пустотой. На полу валялись разбитые семейные фотографии и чьи-то безделушки. Стоило миру пойти вверх дном, как они потеряли всякую ценность.

На диване сидел юноша. На нём была грязная футболка и джинсы, а его темные неопрятные волосы доходили до плеч. Кожа его казалась дряблой, но её нежная гладь таила в себе настоящий жир, настоящие мышцы и настоящее мясо.

Он поднял глаза на вошедшего Джошуа. Они смотрели друг на друга, долго и безмолвно, пока юноша не развернулся к крошечному мерцающему экрану на кофейном столике.

Джошуа подошёл к подлокотнику дивана и вынул изо рта ткань. На смартфон он смотрел с удивлением и трепетом. Треснувший экран искрил и переливался красками. Джошуа не помнил, когда в последний раз видел работающий экран — ему было не до этого.

— Что смотришь? — спросил Джошуа.

— Клинок, рассекающий демонов, — ответил юноша. Его голос был сухим и надтреснутым, но всё ещё полным энергии юности, — мультик такой японский. Классный. Я собирался полететь в Японию, а потом… ну, всё это произошло, сам знаешь. Скачал все серии на телефон, чтобы было чем занять себя в самолёте… ну и, походу, другого шанса уже не будет.

Очередное молчание.

— Выглядит неплохо, — наконец произнёс Джошуа и после этих слов осмотрел комнату, — у тебя нет никакой…

— Еды? — закончил фразу юноша, — Нету. Вчера закончилась.

— Жаль, — сказал Джошуа, — ты же понимаешь, что они увидят свет?

— Кто? — спросил юноша, отвернувшись от экрана. Поплыли титры. В крошечном динамике заиграла чужеземная, грустная песенка, — а, ты про голодных. Да, я догадался. Честно, мне уже всё равно. Слишком надоело. Надоело рыскать по помойкам и вечно голодать. Пусть находят меня, мне всё равно… но эй, похоже, нашёл-то меня ты!

Он улыбнулся. Его зубы были желтыми, а десна — бледно-розовыми.
— Разве это не прекрасно? Я уже давно ни с кем разговаривал. Так что, приятель, какая твоя теория? Почему они не умирают?

Джошуа не отвечал.

— Знаешь, в первое время — когда в холодильниках ещё была еда — у каждого была своя теория. Интернет просто кишел догадками! А как иначе? Это прям фильм ужасов! Типа, они, конечно, не совсем зомби; они всё ещё мыслят, разговаривают и… ну, они всё ещё люди… наверное. Просто голодные люди, которые не могут умереть. Всё равно крипово, да?

Джошуа не отвечал.

— Так вот! Какие мысли? — спросил юноша, наклонив голову, — супер-вирус? Пришельцы промыли всем мозги? Какой-то эксперимент правительства?

После очередного долгого и томительного молчания юноша наконец-то задал вопрос, который следовало задать с самого начала:
— Зачем ты здесь?

Медленно, без малейшей злобы, Джошуа взмахнул своим мачете.

— А, ну да, — сказал юноша и развернулся к кофейному столику, сложив руки на коленях.

— Ты голоден.


a-rectangular-siculo-arabic-ivory-casket-sicily-1314th-c-1.jpg
SCP-5055

Особые условия содержания: Содержание SCP-5055 более не является возможным. Конец света класса LK "Агни на свободе" уже наступил.

Описание: SCP-5055 — это небольшая шкатулка, сделанная из слоновой кости, бронзы и протравленной древесины. Она была обнаружена в ходе археологических раскопок древнего Константинополя запечатанной в "римском бетоне" с объёмом в 6 кубических метров. При прикосновении к SCP-5055 субъект испытывает панический ужас.

1 января 2020 года D-6106 было поручено открыть SCP-5055 с целью определения содержимого объекта.


Внутри SCP-5055 было то, что заслужили все.


А также небольшая записка, гласящая

> "ИЗВИНИТЕ! ПОЖАЛУЙСТА, ПОПРОБУЙТЕ ЕЩЁ РАЗ!" <


SCP-5000-1.jpg

Она открыла шкатулку, а внутри…


SCP-5000-2-B-FINAL.jpg

Мэри вздрогнула. Игла вошла в её руку. Она наблюдала за тем, как цилиндр наполняется темно-красной жидкостью. Любой уважающий себя доктор даже подумать не мог о взятии собственной крови на проверку. Тем не менее, этим Мэри и занималась — брала образец собственного костного мозга. И так мучительная процедура стала неприемлемо рискованной. Но у неё не было выбора. Больше никого не осталось.

Мэри вставила образец в центрифугу. Перед тем, как выйти из лаборатории, она приложила к ранке вату и опустила рукав. В шлюзе она проверила химзащитный костюм, тщательно ощупав каждый шов. От соприкосновения с резиновой тканью все 200 следов уколов протестующе заныли.

Трудно поверить, но худшая часть дня была впереди.


— Мэри. Мэри, не… не уходи… НЕ УХОДИ, МЭРИ, НЕ УХОДИ. Я ДИРЕКТОР ЗОНЫ. Я ТВОЙ НАЧАЛЬНИК. ОТКРОЙ ДВЕРЬ, МЭРИ. МЭРИ. ОТКРОЙ. ДВЕРЬ.”

Мэри сбросила в герметичное вакуумное окошко сухпаёк — стандартная приспособление любой двери в изоляционном крыле. Она приходила, раздавала еду и уходила. На доносящиеся из камер голоса она не обращала внимания.

— Д-р Мэдиган? Это вы? Я… я плохо вас слышу… похоже, моё ухо…

— Мэри! Мэри, послушай. Давай ты просто откроешь дверь? Это же я! Саманта! Мы же друзья, мы работали вместе! Мне нужно попасть в лабораторию! Вместе мы справимся! Справимся! Просто… Мэри? МЭРИ! МЭРИ ПРОШУ!

— ТУК ТУК ТУК ТУК СНИМИ ТЫ УЖЕ ОБУВЬ ПОСТОЯННО ТУК ТУК ТУК

Мэри обошла все камеры, раздав почти иссякшие припасы. С каждым днём становилось всё меньше еды, всё меньше препаратов и… , как бы жестоко это не звучало, всё меньше пациентов. Их уже три месяца держали в изоляции, и с каждым днём в Зоне 19 становилось всё тише и тише.

— Подлодки… подлодки на потолке, ныряют и всплывают… почему я так потею? Здесь так холодно.

— Мэри, моя семья! Они снаружи! Они живы, Мэри, я уверен. Дай мне просто попасть к ним. Просто открой дверь. Обещаю я не буду…

— Она не остаётся, Мэри. Еда не остаётся. Она выходит и выходит, выходит и выходит, И В КАЖДОМ УГЛУ ПОЛНО…


— Мэри?

Нежность, с которой голос произнёс её имя, застала её врасплох. Она остановилась, держась руками за халат. Голос был ей незнаком. Как никак, учреждение было не из маленьких…

— Ты ведь Мэри? Я слышал их крики. Послушай, всё в порядке. Я понимаю. Ты пытаешься спасти человеческие жизни. Это правое дело.

Мэри не отвечала… но и не уходила.

— Мэри,— произнёс ласковый голос, — боюсь, мне осталось недолго. Я уже ничего… не чувствую. Знаешь, я ведь тоже доктор. Я знаю симптомы. Мои нервы отмирают. Возможно, меня ожидает та самая медленная и спокойная смерть. Надеюсь на это.

— Но Мэри… я не хочу умереть в одиночестве.

Мэри втянула ещё немного воздуха, ухватилась за плечи и пошла дальше.

— Я не прошу открыть дверь! — закричал голос; раскатисто, но все ещё нежно, — знаю, ты не можешь, но не могла бы ты… открыть хотя бы смотровое окошко? Пусть там стекло, я просто хочу… перед смертью я хочу увидеть человеческое лицо.Это самое важное*…

Голос умолк. Мэри сглотнула. Вдоль длинных, белых и пустых коридоров звенело жалобное пение стенающего хора. Хотя решение далось не сразу, Мэри отперла засов. Она аккуратно отодвинула дверку, обнажая пласт из оргстекла.

Ну или то, что от него осталось.

Судя по исцарапанному металлу и кровавым разводам, обыватель камеры расцарапал его — мало помалу, ломая собственные ногти, зубы и…

Из отверстия вырвалась рука. Чёрная как сажа от некроза, облезлая, и нездорово толстая… ещё немного, и отверстие стало бы слишком узким. Плоть кусками цеплялась за стекло, оголяя гниющие мышцы и нагие кости.

— ЭТО ВСЁ ТЫ, — завопил бывший доктор, размахивая изувеченной конечностью, — ЭТО ВСЁ ИЗ-ЗА ТЕБЯ БЛЯДСК…

Мэри уже бежала по коридору.


— Они не виноваты, — сказала Мэри; она лихорадочно меняла стекла микроскопа, словно скучающий подросток за компьютером, — они больны, они в отчаянии, и им известно не больше чем мне.

Лаборатория Мэри располагалась в подвале. А точнее, она забрала из медицинской лаборатории всё необходимое оборудование и собственноручно отнесла его вниз, этажа на три. Дело было не в санитарии, и не в постоянных стонах её бывших коллег.

Она спустилась сюда, чтобы быть рядом с ним. Он был её последней надеждой.

— Я пыталась объяснить, — произнесла она, подкрепляя свои слова безответной, но энергичной жестикуляцией, — они должны понимать, они же доктора! О нет, нет-нет. Конечно нет, — она поправила себя, не отрываясь от сумбурной работы, — они больны. Они не поймут. Они больны. Разумеется, это у них в голове. Конечно они не понимают…. только ты понимаешь.

— Ты ведь знал всё это время? — сказала Мэри, обернувшись, — из всех нас ты был единственным, кто смог увидеть. Ты увидел… нет, не так. Все мы знали, в глубине души.

Мэри говорила всё медленнее, её движения становились вялыми.

— Мы просто не хотели это видеть, но оно всегда было рядом. Шкатулка раскрыла нам глаза. Шкатулка… шкатулка показала нам правду…

Мэри умолкла. Работа её уже не интересовала. Она подошла к двери камеры содержания и протянула к ней руку. Её пальцы скользили по холодному металлу. Как и у остальных дверей, тут было смотровое окошко. Медленно, чуть ли не с любовью, Мэри отодвинула засов и заглянула внутрь.

На неё смотрел мужчина в тёмной мантии, его лицо было скрыто за длинной, серебристо-белой маской.

— Как же жаль, что мы не поверили тебе.

Мэри потянулась к засову и наконец-то увидела собственную руку, во всей её красе: панно из прыщей и мозолей, сыпи и гнойных наростов. Её костюм стал буквально решетом. В Зоне 19 уже несколько недель царила тишина; она раздавала мешки с гнилью и игралась с пустыми чашками петри.

Она была больна.

Всегда была больна.

Она открыла дверь и стала ждать исцеления.


a-rectangular-siculo-arabic-ivory-casket-sicily-1314th-c-1.jpg
SCP-5055

Особые условия содержания: Содержание SCP-5055 более не является возможным. Конец человечества класса GH "Бледная чума" уже достиг 3 стадии и считается точкой невозврата.

Описание: SCP-5055 — это небольшая шкатулка, сделанная из слоновой кости, бронзы и протравленной древесины. Она была обнаружена в ходе археологических раскопок древнего Константинополя запечатанной в "римском бетоне" с объёмом в 6 кубических метров. При прикосновении к SCP-5055 субъект испытывает панический ужас.

1 января 2020 года D-6106 было поручено открыть SCP-5055 с целью определения содержимого объекта.


Внутри SCP-5055 было то, что не заслужил никто.


А также небольшая записка, гласящая:

> "ИЗВИНИТЕ! ПОПРОБУЙТЕ ЕЩЁ РАЗ!" <

SCP-5000-1.jpg

Она открыла шкатулку, а внутри…


SCP-5000-2-C-FINAL.jpg

— Оттто?

— Да, Гил?

— Как думаете, что в шкатулке?

Гилберт и Отто лежали в окопах Саксонской передовой. Хотя дождь начался только шесть дней назад, прошло не менее шести месяцев с тех пор, как они в последний раз видели солнечный свет. Оба солдата лежали на кровати из промокшего навоза, а их мышцы ныли от боли, предвкушая гангрену. Их это мало волновало — как-никак, они навряд ли доживут до этого момента.

Тем не менее, Отто регулярно смахивал пыль с нарукавной нашивки. Она была предметом его гордости. Да, больше наград им точно не светило. Никто не станет вручать медали и погоны пушечному мясу. Тем не менее, на этом маленьком гербе было вышито "ГОК", и что-нибудь это да значило.

— Ослушаешься приказов? — ответил Отто, с каждым словом его подбородок окунался в грязь, — задаешь лишние вопросы, а лишние вопросы - основание для пули в лоб, Гил.

— Знаю, но…, — начал Гилберт, но Отто взглядом остановил его. Это выражение он узнавал из тысячи. Следующие слова Гилберт подбирал намного аккуратнее.

— Я знаю "почему", сэр, — он снова начал, — я знаю, почему нельзя оставлять её у них…

— Почему же, рядовой? — спросил Отто, разворачиваясь к горизонту.

— Если оставим, то они нас всех погубят. Все хотят её, в ней есть что-то важное. Она слишком ценная для них. Она по праву принадлежит нам, и они у нас её украли, — закончил Гилберт.

— Всё так, — сказал Отто, — но ты забыл главную причину.

Гилберт хотел спросить "какую", но на вводных курсах он усвоил, что в некоторых ситуациях вопросы считается пререканием.

— Мы выполняем приказы, — сказал Отто, — нам говорят прыгать, мы спрашиваем "куда". Нам говорят бежать, мы спрашиваем "под какую пулю". А если нам говорят, что судьба всего мира зависит от получения этой грёбаной шкатулки, и если мы не справимся, то наши дорогие мамочка и папочка превратятся в кучки пепла? Тогда мы хватаемся за оружие и выполняем свой долг. Ясно?

— Ясно, — недолго думая ответил Гилберт. Это он тоже усвоил.


— Я слышал, — нарушил двухчасовую тишину Отто, — у Фонда есть клоны.

Гилберт лежал с руками за головой и почти забылся сном. Сслова лейтенанта его сразу взбодрили.

— Клоны?

— Ага, — кивнул Отто, — големы из плоти и костей. Они используют их против русских. Слышал, где-то за бугром есть целый комплекс, где их тысячами клепают.

— Быть не может, — с ухмылкой ответил Гилберт. Наконец-то Отто одолела скука, теперь с ним можно было поболтать. Не показывая виду, Гил пытался втянуть его в разговор, — тысячами?

— Угу. И верится мне, что правда это, — Отто не отрывал взгляд от дула винтовки, направленного на темный, пустынный горизонт, — эти уроды с первого же дня возомнили себя Богами; так чему удивляться? Все эти песни про "содержание" всегда были отговоркой, а теперь мы наконец-то пожинаем плоды их извращений. В Брюсселе нашим режут глотки острые как бритва бабочки. Британские острова жрут какие-то шалтаи-болтаи. Ёшкин кот, я слышал, что на восточном побережье бушуют Зелёные с промытыми мозгами. Они там всех порвали, как тузик грелку.

— Я слышал, — весело продолжил Гилберт, — у них есть статуя, которая…

— Ты не понял — вновь прервал его Отто. Его голос снова похолодел, — скоро нас пошлют за тот холм, Гил. Нутром чую. Послушай, вполне вероятно, что во время работы радистом в Бургундии я услышал то, что услышать был не должен.

Гил не проронил ни слова. Он ненадолго поднял взгляд, наблюдая за плывущими в небе облаками — странными, словно ожившие помехи. Шесть месяцев как они не видели солнце. Шесть месяцев как мир окутал этот чадный лиловый смог, погасивший всё электричество и заглушивший все сигналы. Ни у кого даже гребаный телеграф не работал. Ни у кого, кроме Фонда.

— Гил, это не просто какая-то оккультщина, — продолжил Отто; в его голосе Гил уловил мягкие нотки, которые он прежде никогда не замечал за лейтенантом. Но они были ему хорошо знакомы. Это были нотки страха.

— В первый же день они нарушили Женевский протокол. Чему удивляться. Человеческая фантазия и рядом не стояла со всей этой вселенской хераборой. Им достаточно было щёлкнуть пальцами и…

— И что? — спросил Отто. Ему было уже плевать на пререкания. Его желудок завязался в прочный узел.

— Мы даже не знаем, применяли ли они ядерки, био или хим оружие, или что-нибудь ещё, но… в последнем сообщении, которое мы получили от них, они назвали это "ответными мерами". Они назвали это актом самообороны, "победой".

Отто почесал переносицу.

— Три миллиарда людей, не меньше. Штаты, Канада, Мексика и бо́льшая часть Южной Америки.

Его взгляд был отрешенным, а в груди набухал холодок. Дрожащими пальцами он сжимал цевье винтовки.

Гилберт не спешил нарушать молчание. Его собственная винтовка смотрела в пустое небо.

— Мы должны достать эту шкатулку, Гил. Неважно, что внутри; важно то, что ради неё они погубили три миллиарда человеческих жизней. Очевидно, мы единственные, кто достоин ей владеть. А если какое-то нибудь государство или другие защитнички реликвий стырят её первыми, то… они тоже обратятся нам врагами.

Гил кивнул и выпрямился. В глубине душе он тоже это знал. На дальнем горизонте вырисовывался еле заметный силуэт некоего здания. Этим зданием был бункер, напичканный бесчисленным множеством дьявольских изобретений. Он знал, что стража этого места куда страшнее любых пуль и снарядов. Ему было всё равно. Он был снова настроен решительно. Его захлестнуло то самое чувство, с которым он познакомился восемь месяцев назад. Каждый человек на Земле испытал его; ко всем пришло осознание одной и той же правды.

В их руках была шкатулка. Кто-то её открыл. Все знали — какими бы ни были последствия, это не имели значения. Что бы ни было внутри… это было самое важное.


— Эй! — громким шёпотом окликнули сзади.

Гил и Отто развернулись. К ним подползла девушка - её тело покрывали такие же черные бронепластины, — слушайте, у меня…

— Пароль, — перебил её Отто. Следом развернулась и винтовка - теперь она была направлена прямо девушке в лицо.

— Виктор Зулу Один-Один-Пять-Семь-Девять, — резко отчеканила она; приставленное ко лбу дуло, казалось, совершенно её не волновало, — у меня приказ. Мы считаем, что нашли на западном фланге слабое место. Всего лишь горстка песка и какая-то женщина с черным пятном на лице. Штаб отправляет туда взвод, и вы в его числе.

Не задавая лишних вопросов, оба солдата вылезли из окопа. Двумя часами позже от них ничего не осталось.


a-rectangular-siculo-arabic-ivory-casket-sicily-1314th-c-1.jpg
SCP-5055

Особые условия содержания: Содержание SCP-5055 стало первоочередной задачей Фонда SCP.

Охрана и владение SCP-5055 обладает большим приоритетом, чем все прошлые указы, цели и назначения. Совет О5 призывает всех сотрудников предлагать свои пути увеличения текущей боеспособности — аномальными или обычными способами.

Все мы знаем, что должно свершиться.

Описание: SCP-5055 — это небольшая шкатулка, сделанная из слоновой кости, бронзы и протравленной древесины. Она была обнаружена в ходе археологических раскопок древнего Константинополя запечатанной в "римском бетоне" с объёмом в 6 кубических метров. При прикосновении к SCP-5055 субъект испытывает панический ужас.

1 января 2020 года D-6106 было поручено открыть SCP-5055 с целью определения содержимого объекта.


Внутри SCP-5055 было то, что заслужили только мы.


А также небольшая записка, гласящая

> "ИЗВИНИТЕ! ПОПРОБУЙТЕ ЕЩЁ РАЗ!" <


SCP-5000-1.jpg

Она открыла шкатулку, а внутри…


SCP-5000-2-D-FINAL.jpg

















a-rectangular-siculo-arabic-ivory-casket-sicily-1314th-c-1.jpg
SCP-5055

Особые условия содержания: В настоящее время SCP-5055 содержится в хранилище для ценных предметов Зоны 19. По окончанию экспериментов SCP-5055 будет перемещён и будут установлены соответствующие условия содержания.

Описание: SCP-5055 — это небольшая шкатулка, сделанная из слоновой кости, бронзы и протравленной древесины. Она была обнаружена в ходе археологических раскопок древнего Константинополя запечатанной в "римском бетоне" с объёмом в 6 кубических метров. При прикосновении к SCP-5055 субъект испытывает панический ужас.

1 января 2020 года D-6106 было поручено открыть SCP-5055 с целью определения содержимого объекта.

Внутри SCP-5055 было |


















То ли волей судьбы, то ли волей случая, из далёкой пещеры вышел человек. Немногим позже он заперся в камере содержания и вцепился зубами в ствол винтовки. Это было самое важное.

И втайне от него, втайне от всех, на дне SCP-5055 лежала небольшая записка, гласящая


--
SCP-5000-1.jpg

— D-6106?

Она моргнула. Внезапно к ней пришло осознание происходящего.

— D-6106? Приём? Вы застыли на месте. В чём дело? — жжужал настенный ящик.

Девушка знала, кому принадлежал голос — белому халату, сидевшему за несколькими стенами и наблюдавшему за ней через камеры видеонаблюдения. Она была одна, в этой слабо-освещённой бетонной тюрьме, погребённой черт его знает где.

Её рука тянулась к небольшой шкатулке из слоновой кости. Под её пальцами виднелось крошечное пятно. Неужели она прикоснулась к ней? Память молчала…

— Да… и-извините, — произнесла она, опустив руку и найдя глазами камеру, — я просто… будто…

— Неподдельный ужас? — подсказал голос, — чувство, что вы ни в коем случае не должны открывать шкатулку? Мы предупреждали вас о том, что это возможно. Просто не обращайте внимания.

D-6106 развернулась к шкатулке. Ужас? О да, он самый — сковывающий тело и леденящий кровь. И всё же за этим чувством таилось зернышко горькой, осязаемой правды… она просто никак не могла ухватиться за него. Как иногда ты понимаешь, что забыл что-то важное; например, выключить плиту или доделать школьный проект, который вот уже завтра пора сдавать.

В глубине души D-6106 знала, что это чувство неспроста. Не без причины. Словно утренний сон, она ускользала от неё, оставляя лишь отголоски в виде страха и адреналина. Что это было? Что она увидела? Что она…

— Давайте ещё разок, — произнёс голос; тише, как если бы он обращался к кому-то другому. Затем он продолжил, уже громче, — D-6106, откройте SCP-5055.

Она прогнала лишние мысли — ей было хорошо известно, чем грозит неповиновение. У неё не было выбора.


Она открыла шкатулку, а внутри…


SCP-5000-2.jpg


— Да ладно, — удивилась она, прочитав клочок бумаги в своих руках, — спасибо, наверное?




a-rectangular-siculo-arabic-ivory-casket-sicily-1314th-c-1.jpg
SCP-5055

Особые условия содержания: В настоящее время SCP-5055 содержится в хранилище для ценных предметов Зоны 19. По окончанию экспериментов SCP-5055 будет перемещён в более подходящую камеру содержания.

Описание: SCP-5055 — это небольшая шкатулка, сделанная из слоновой кости, бронзы и протравленной древесины. Она была обнаружена в ходе археологических раскопок древнего Константинополя запечатанной в "римском бетоне" с объёмом в 6 кубических метров. При прикосновении к SCP-5055 субъект испытывает панический ужас.

1 января 2020 года D-6106 было поручено открыть SCP-5055 с целью определения содержимого объекта. Внутри шкатулки находилась только одна записка, гласящая "Поздравляем."

После этого объект не проявлял аномальную активность. Закрытие и открытие SCP-5055 не приводило к появлению новой информации или возобновлению известных ранее аномальных свойств. Согласно протоколу, 17 октября 2021 года SCP-5055 будет снят с содержания.


Её вернули в камеру. Прошло ещё шесть месяцев, полных куда более суровых испытаний; D-6106 вкололи амнезиак и пустили в люди, дав новое имя — Мона Уиллис.

Несколько месяцев Мона работала вахтёром, пока её не приняли обратно в школу. Она стала квалифицированным бухгалтером, и её коллеги быстро признали её необычайную устойчивость к стрессу, свойственную настоящим ветеранам своего дела. Не прошло и десяти лет, как она встала у штурвала компании.

На работе Мона познакомилась с замечательным мужчиной. Он был спокойным и ласковым - его натуре было чуждо насилие; полная противоположность её давно позабытого бывшего. У них было два здоровых и счастливых ребёнка, которые скоро сами обзавелись детьми. В мгновение ока Мона постарела, у неё появились внуки, которые любили и заботились о ней.

И всё же, иногда ей снились кошмары.


Вокруг неё бушевало море — черное как смоль. Лодкой ей служила сама планета Земля, только миниатюрная — сине-зелёный шар лишь едва превосходил её по размерам. В нескончаемой тревоге она отчаянно пыталась удержаться с ним на плаву.

Бескрайний горизонт был уссеян столпами из слоновой кости, словно зубастая пасть из какого-то качественного, но безымянного фильма ужасов. Казалось, что они пронзали атмосферу, а на их зубчатых вершинах покоилась громадная кровавая луна.

Куда ни глянь — она была везде, простираясь до самых дальних уголков ночного неба. Её поверхность была кровавым пеклом; она кипела и трещала по швам — каждую секунду лавовые вспышки дробили огромные континенты и разрывали их на части.

Нескончаемое бедствие.

Она старалась изо всех сил, но не могла сомкнуть глаза. Она была вынуждена созерцать происходящее: и луну над головой, и башни за горизонтом, и океан, который с каждой ночью "радовал" её новыми ужасами.

Иногда она видела лица тех, кого она любила; бледные, они выли и тянулись к ней из далёких глубин. Иногда ей представали огромные чудища; внеземные левиафаны сражались в вечной битве и окропляли окружающие её воды жгучей и порочной кровью. Иногда море кишело пиявками и причудливыми созданиями, которые так и норовили утянуть её с собой в пучину…

А иногда сквозило пустотой. Ни волн, ни света, ни звука; лишь бескрайняя гладь тёмного океана. Почему-то именно эти сны были самыми дурными.

Как бы она не барахталась, как бы она не гребла, море всегда принимало её в свои воды. Земной шар, за который она цеплялась, выскальзывал у неё из рук и исчезал в холодном мраке. Затем она успокаивалась, тело теряло массу, а легкие более не нуждались в воздухе. На мгновение ей казалось, что вот-вот ей откроется нечто ужасное и сокровенное.

Но вот она оказывалась в комнате, твёрдой и сухой. В бетонной комнате с одной небольшой резной шкатулкой.

Она открывала шкатулку, а внутри…


Затем она просыпалась.

Несколько минут она успокаивала дыхание, унимала сердцебиение, и ковыляла до ванной, где обдавала своё лицо холодной водой. Как и сны, это стало частью её быта, и, по правде говоря, не особо её и беспокоило.

Несмотря на кошмарность этих снов, Мона рассудила, что они были чисто символическими; подсознательный страх простой, но неизбежной правды. Как никак, ей было уже за восемьдесят, и после каждого медосмотра у врачей находились новые таблетки. Что было в шкатулке? Ей было всё равно. Вскоре ей предстоит встретиться лицом к лицу с куда более великой тайной; возможно, величайшей из всех.

Так зачем волноваться? Она прожила долгую и счастливую жизнь. Мона не обращала на эти сны никакого внимания (когда не спала), и последние дни своей жизни она провела в тишине и спокойствии, в окружении родных и близких.

Как-никак, это самое важное.

Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-ShareAlike 3.0 License